Мракокрад

 – Будь ты дракомантом?

– О, – сказала Снежинка, и ее крылья затрепетали. – Не знаю.

– Что ж, поразмысли над этим. Мне правда интересно.

– Хорошо.

Коридоры в этом дворце оказались куда короче и теснее, чем дома, и были украшены странными и разномастными барельефными картинками: вот полярный медведь, там волк, там вопящий воришка, а тут жирная сова. Ни последовательности, ни смысла, ни вкуса, и все так узко, давит. Хотелось пробиться сквозь стены, лишь бы увидеть небо.

Где-то через минуту Снежинка сказала:

– Простите, не могу ничего придумать.

Арктик не сумел скрыть раздражения.

– Подумай хорошенько. Ответишь завтра, или когда мысль придет в голову.

Снежинка посмотрела на него в ответ – вот это да! – с не меньшим раздражением во взгляде.

– Мне кажется, это пустая трата моего времени, – сказала она. – Разве что вы сами не можете ничего придумать.

– Нет-нет, – поспешил возразить Арктик. – У меня есть мысль, и какая!

«То есть у матери она есть, а я пытаюсь придумать нечто получше».

Снежинка ничего не ответила. Она лишь молча остановилась у карниза и кивнула на купол внизу. В сгущающихся сумерках он, скрывая большую часть равнины между дворцом и океаном, сиял, словно озаренный внутренним пламенем мраморный шар. Остальную часть равнины покрывал снег, тихо сыплющийся с неба хлопьями."

"Воды океана пронизывали золотые и рыжие прожилки от заходящего на западе солнца. Воздух рассекали, подобно летучим мышам, крылатые драконы – охотились за добычей к предстоящему банкету в честь гостей.

Арктик со Снежинкой слетели ко входу под гостевой купол. Принц знал, что внутри будет до неприятного тепло – от тел огнедышащих ночных и магического дара всем гостям. («Созданного полвека назад дракомантом по имени Пингвин», – напомнил переполненный знаниями мозг. Арктик дотошно изучил все дары, когда-либо преподнесенные племени, в попытке придумать нечто свое… Вот в голове и не осталось места для малознакомых драконов.)

Впрочем, сам купол племени не дарили: кирпичи для него когтями вытесали обычные драконы. Строительство заняло, наверное, не одно столетие, и Арктик опасался, что однажды он растает и обрушится на голову какому-нибудь огнедышащему гостю.

«Может, – подумал принц, – я в качестве дара укреплю купол? Будет нерушимый приемный зал для любых союзников и гостей из других племен». Эту мысль он быстро отмел. Идея не своя, и даже близко не такая впечатляющая, как хотелось бы. А надо, чтобы дар запомнили и восхваляли еще столетиями после самого дракоманта. Нечто вроде Дерева света от принцессы Стужи.

Они с хрустом приземлились на снег и уже хотели войти в тоннель под купол, но тут изнутри выбежала дракониха.

– Прошу прощения! – пыхтя и чуть не сбив их, выкрикнула она. – Мне надо было выйти на минуточку.