Мракокрад

Как ты этого не поймешь?

После долгого молчания Глубин утер глаза и обернулся.

Индиго смотрела на него, сложив крылья, с серьезным видом. Точно такую же мину она делала на уроках истории, когда учителя просили подискутировать на какую-нибудь тему. «Как она слушает!.. Как погружается в мысли!..» Вот еще чего ему не хватало в год разлуки.

– Ты не Альбатрос, – напомнила Индиго.

– Могу им стать.

– Я тебя не оставлю. Или ты правда хочешь, чтобы я тебя бросила?

«Скажи “да”, – велел себе Глубин. – Быстрее, скажи “да”, чтобы она поверила и улетела».

Слова так и застряли у него в глотке, потонули в царящем вокруг сумраке и долгожданной близости с Индиго.

Прошло мгновение, и она снова шагнула к нему, потянулась крылом к его крылу. Глубин перестал дышать.

– Ты не станешь пользоваться силой, – тихо проговорила Индиго. – Я не боюсь тебя. Верю, что вместе мы в безопасности и что я защищу тебя от Мракокрада. Никуда я не денусь.

Глубин боролся с самим собой, зная, что должен сказать. Индиго надо оттолкнуть, отослать домой. Пусть заживет обыкновенной, счастливой жизнью.

– Мне пора спать, – вместо этого выдавил Глубин.

– Конечно. – Индиго снова приняла вид телохранителя. – Я лягу тут, у входа с балкона, чтобы никто не пробрался незамеченным.

– Хорошо, – согласился Глубин, разрываясь между облегчением – не хотелось спать одному в этой большой и незнакомой комнате – и злостью на себя. «Зачем разрешил Индиго остаться? Тебе безразлична ее судьба?»

Индиго свернулась калачиком у балконного проема. В лунном свете она превратилась в тихий и непроницаемый, как пучина, силуэт.

Глубин перенес к фонтану кучу сине-зеленых подушек и долго колошматил их, прежде чем наконец устроиться.

– Молодец, – сонно похвалила Индиго. – Больше эти подушки твою власть не оспорят.

Глубин подавил смешок. Нельзя, чтобы Индиго думала, будто все хорошо, будто они снова друзья, как прежде. Пусть остается, но сближаться с ней Глубин не будет.

«Нельзя, чтобы ночные поняли, как Индиго для меня важна, – дошло до него. – Иначе и она окажется в опасности».

Засыпая, он проворачивал в уме тревожные мысли: «Можно ли дружить с Мракокрадом? Чего от меня ждет королева Зоркость? А вдруг Причал и Крылатик шпионят за мной и Индиго для Жемчуг?

И что с нами теперь будет?»

Глава 18

Мракокрад

Ночь постепенно клонилась к утру, когда Мракокрад наконец вернулся домой. По пути он заскочил к Ясновидице, но ее родители сказали, что она улетела с Внимающей. Мракокрад испытал легкое раздражение и ревность.

Арктик и Люта уже спали. По крайней мере, из-за двери их комнаты не доносилось голосов и мыслей. С приема они ушли еще прежде Мракокрада. Он тихонько прошел мимо комнаты сестры и отпер свою дверь.