Мрак

Ну, ежели кровь погоняют!

Не дожидаясь ответа, она обернулась и помахала рукой. Дверь открылась шире, появился псарь с крупной ухоженной собакой на коротком поводке. Глаза у собаки были испуганные и глупые. Шерсть блестела.

Светлана в затруднении оглянулась на волка. Тот приподнялся, смотрел на красивую собаку с удивлением. Та уперлась всеми четырьмя в пол, шерсть от ужаса встала дыбом.

Светлана спросила обеспокоенно:

– А она хоть… благородных кровей?

– О, тцаревна, – воскликнул простодушный псарь, – вы даже не представляете насколько! Если бы умела говорить, то она бы… не стала с нами даже разговаривать!

Тцаревна улыбнулась:

– Отпустите ее. Мрак ее не съест.

Мрак хмуро смотрел то на тцаревну, то на псаря с собакой. Наконец понял, от собаки сильно несло призывным запахом. Она была в самом разгаре.

– Что-то чересчур спокоен, – удивился псарь. – Обычно кобели с ума сходят.

Тцаревна сказала объективно:

– Да и она… жмется в угол.

– Ну, у нее это первый раз. А этот ваш странный зверь вряд ли девственник.

Тцаревна ласково улыбнулась Мраку:

– Ну же, дорогой!.. Посмотри, какая белая, нежная, сочная! Как от нее пахнет!

Псарь сказал знающе:

– Если это в первый раз, то некоторые собаки этого делать не умеют. Приходится им помогать. Развязывать, так это называется.

Мрак ощутил, как горячая волна крови прилила к его морде. К счастью, под густой черной шерстью краски стыда не разглядеть, как и его оспины.

Псарь сказал деловито:

– Я буду держать нашу девочку, а вы… своего кобеля. Или вам лучше поручить это кому-то другому? Не дело тцаревны заниматься таким делом.

Видимо, он хотел сказать, что и не женское, так понял Мрак, тем более для незамужней юной девушки, но тцаревна воскликнула с жаром:

– Конечно, это сделаю я сама! Он никому не позволяет к себе притронуться!

– Гм… Тогда берите его за это самое место… за эти самые места… Только медленно и осторожно, иначе ничего не получится. Нельзя ли велеть музыкантам заткнуться… Простите!.. Я знавал собак, которые предпочитали слушать хорошую музыку, чем…

Мрак рыкнул на собаку. Она от ужаса припала к полу, спина тряслась. Псарь попытался вытащить ее из угла за поводок, собака жалобно заскулила. В больших глупых глазах выступили слезы.

Дверь закрыта, подумал Мрак смятенно. В окно выпрыгнуть – лапы сломает, а то и разобьется с такой выси. Продолжать рычать на бедную дуру – сочтут, что болен. А кто знает, чем тут лечат. Во всяком случае, будет не сладко. Сладким калечат, говорят волхвы, а горьким лечат…

Псарь ухватил собаку за ошейник, вытащил на середину комнаты. Светлана повернулась к Мраку. Глаза ее смеялись.

– Мрак… ну где мы возьмем волчицу? Ты посмотри, какая хорошенькая!

Мрак зарычал в тоске и бешенстве.