Мрак

Небось всю дорогу готовился.

– Готовился, – признался Гонта, – но все слова вылетели, когда тебя увидел. Я думал, застану счастливчика, который упивается любовью! А когда тебя увидел, то сперва решил, что с гор спускается грозовая туча.

От костра донесся счастливый смех на два голоса. Ховрах показывал Светлане, как готовить баранину на плоских камнях, Светлана качала головой, продолжала нанизывать мясо на прутики.

– Все счастливы, – улыбнулся Мрак, но уголки губ опустились. – Что ты хочешь?

– Того же, – ответил Гонта, – что и ты. Пора возвращаться, Мрак.

Мрак смотрел исподлобья. Гонта выдержал взгляд странного друга, хотя по спине побежали мурашки. Глаза были цвета старой дубовой коры, а зрачки казались бездонными колодцами. Если смотреть в глаза – смотреть в душу, то не потому ли многие выглядят мелкими душонками?

– После обеда, – ответил Мрак.

Гонта переспросил осторожненько, еще не веря в столь легкую победу:

– Да, – прорычал Мрак. – Да пошел он… этот долг! Сам знаю. Убить бы того, кто заронил это в человека. Вон звери не ведают никакого долга. Просто счастливы.

– Ты замахиваешься на бога, – напомнил Гонта опасливо.

Мрак странно посмотрел на друга, неожиданно улыбнулся:

– Иного бога и выпороть бы…

Его улыбка была внезапной, как выглянувшее солнце в разрыве грозовой тучи. И такой же яркой. Гонта не понял странного замечания, повторил на всякий случай:

– Съедим этого барашка… Какого упитанного подстрелил! Наверное, случайно… и отправимся в обратный путь. Там уже смута вовсю.

– Обрадовал, – буркнул Мрак.

Обед получился скомканным, торопились уехать все. Едва ли не больше других – Мрак. Дольше всех собиралась Светлана, и ничего нельзя было прочесть на чистом, как заморский мрамор, лице царской дочери.

Мрак хотел поджечь хижину. Мол, как знак, что не вернется, но Гонта перехватил руку с пылающей головней:

– Не надо. Подумай о дровосеках, случайных путниках…

– Я знаю, кого ты так называешь, – ответил Мрак, но головню бросил обратно в костер, залил водой.

– Я говорю то, – обиделся Гонта, – что говорю!

– Ты свои воровские хижины не сжег, – сказал Мрак насмешливо. – Верно?.. Надо будет капнуть Медее.

Отдохнувшие кони шли весело, бодро. За десяток верст до города Ховрах вырвался вперед, гикнул, помчался лихим наметом. Мрак посмотрел вслед, покосился на Светлану:

– Торжественную встречу устроит!

Светлана мило улыбнулась:

– Разве это так важно? Я за мужем как нитка за иголкой.

Гонта все еще посматривал на них удивленно. Царская дочь безмятежна и невозмутима. На губах приветливая улыбка, лицо спокойное, умиротворенное. Так же держалась во дворце, так же в хижине дровосека. Сейчас сидит на коне с тем же спокойным выражением лица.