Мрачная тайна

 – Сразу видишь, чем они отличаются и в чём одинаковые…

– Да, я сама об этом много думала! Ночных, кроме меня, там не было, вот я и старалась понять, на каких других больше похожа. И получалось, что…

– Что похожа на всех сразу, да? – догадалась Солнышко.

– Вот именно!..

– Ну, хватит! – перебила радужная. – Вы обе исключительные и очаровательные, но либо обсуждайте родство душ где-нибудь в другом месте, либо займёмся военными делами.

– Делами, конечно! – хором ответили они, мигом прогнав улыбки.

Ореола бросила на Звездокрыла странно насмешливый взгляд, от которого он неловко заёрзал. Было приятно, что Вещунья и Солнышко подружились, но что-то всё же беспокоило.

Впрочем, отвлекаться было некогда. В хижину влетел Мангр в сопровождении драконихи благородного вида, которая была во сне у Кинкажу.

– Совет состоится у входа в туннель! – объявила королева, вставая из-за стола. – Мне потребуется мнение Цунами и Глина. – Она развернула крылья и взмыла к верхушкам деревьев.

Вещунья и Солнышко поднялись в воздух следом, оживлённо болтая на лету. Звездокрыл держался позади. Он старался думать о предстоящем бое. Всего несколько глотков солнца и свежего воздуха – и уже трудно поверить в страшный остров ночных и армию злобных драконов, готовых ещё до следующего рассвета превратить в пепел окружающую красоту.

Собрав свой штаб недалеко от дерева с волшебным дуплом, но на достаточном расстоянии, чтобы никто оттуда не мог подслушать, королева велела ночному дракончику рассказать во всех подробностях об услышанном в зале совета.

– Значит, кое-кто из них нас всё-таки боится, – заметила она, когда Звездокрыл закончил.

– Я бы даже сказал, большинство, – кивнул он. – То есть, я думаю, что все похищения радужных и опыты над ними вызваны как раз страхом. Потому никто и не напал до сих пор, все в ужасе от вашего яда.

– Ну, ещё бы! – с шипением оскалилась Ореола.

– От твоего – возможно, – возразила Цунами, – но я не могу ручаться, что хоть кто-нибудь из остальных решится плюнуть в другого дракона даже под страхом смерти. Им с яйца твердили, что применять яд как оружие ни в коем случае нельзя. Я делаю что могу, но изменить жизненные принципы целого племени невозможно за три дня.

– Это понятно, – буркнула Ореола, нервно расхаживая туда-сюда.

– Да и стоит ли менять? – вставила Солнышко. – Лично мне их принципы по душе.

– Я могу, – подала голос Грация, – в смысле, плюнуть в другого дракона ядом – ради всего племени… но за остальных и впрямь ручаться трудно. – Она бросила взгляд на Мангра.

– И я бы смог, – нахмурился он, – чтобы спасти Орхидею. Она точно ещё жива? – обернулся он к Звездокрылу.

– Жива и ждёт тебя, – кивнула Вещунья. – Мы сказали Орхидее, что ты прилетишь на выручку, и она ответила, что дождётся.