Может быть, он?

— Вот козёл! — выдохнула Вета.

— И не говори, — встала я. Подняла с пола бутылку, собрала пустые бокалы.

— У тебя точно есть план? — настойчиво переспросил Гарик, помогая мне с посудой на кухне.

— Да, — уверенно кивнула я. — Особенно теперь, когда на собеседование явилась без лифчика и потеряла единственный путь к отступлению, а эта сучка главный бухгалтер очередной раз меня подставила.

— Из ревности? Она с ним спит? — принеся тарелку, подключилась к разговору Виолетта.

Я удивилась.

— А чёрт её знает. Никогда об этом не думала, — искренне пожала я плечами, намыливая бокал. Попробовала представить строгую как училка Боженьку Михайловну в объятиях директора: юбка миди, стрижка, очки… но мысли упрямо уходили в сторону. — Честно говоря, меня больше обидело другое. Ну вот что за?.. Почему нельзя просто красиво поухаживать, проявить заботу, внимание, уважение? Очаровать, понравиться? Нам что, много надо? Нет, обязательно или шантажом, или угрозами. К чему, этот, сука, харассмент?

— Харассмент — это когда пристаёт несимпатичный начальник, когда симпатичный — как раз ухаживание, — хмыкнул Гарик. — Но я так и не понял: он тебе нравится или нет?

Я развела руками, закапав столешницу водой.

Вета усмехнулась, забирая у меня вымытую тарелку.

— Идиоты. Оба. Один мог бы и преданную любовницу получить, и отличного бухгалтера. А второй уже перестал бы себя жалеть и как-то обозначил, что ему не всё равно, — сказала она громко, словно ни к кому не обращаясь.

Я посмотрела на неё с сомнением, ничего не поняла и поставила в сушку последний бокал.

— А кто-то мог бы не лезть в чужую жизнь и устраивал свою, — в тон Вете зло ответил Гарик.

— Всё, спать, господа! — взмахнула я руками как рефери в боксе «Брейк! Шаг назад!» и закрыла воду. — Завтра новый день! И-и-и… скорее нет, чем да. Он мне не нравится, — ответила я и обогнула инвалидное кресло.

— А поцеловать? На ночь, — поймал меня за ногу Гарик.

Я развернулась. Запустила руку в его густые волосы, заставив откинуть голову.

Резко нагнулась под его немигающим взглядом.

Замерла над губами, опалив дыханием.

Поцеловала… в щёку. И оттолкнула бёдрами коляску:

— Спокойной ночи!

— Жаль, что так вышло с сиськами, — сказала Вета, поднимаясь передо мной по лестнице. Наши с ней комнаты были на верхнем этаже квартиры. Спальня Гарика, кабинет, гостиная, столовая и кухня — на нижнем. — «Экос» неплохая компания. У меня есть вся их антивозрастная линейка. В мои годы самое оно, — похлопала она себя под подбородком. — Запах у неё… м-м-м… Но «Органико» тоже неплохая. Не расстраивайся.

— Ничего, — махнулась я, глядя вниз под ноги на ступеньки.

Но на самом деле было очень даже «чего».

Больше, чем «Экос» зарплату никто не предлагал, хотя и «Экос» предлагал меньше, чем я получала в «Органико».