Можешь не возвращаться

Но, нет, сейчас даже о бабушке Дамира забываю. Сердце болит за Айка. Я ведь тоже люблю этого малыша.

Мой вопрос остается без ответа. Дамир максимально сосредоточен на дороге. С силой руль сжимает, весь в крови испачкан.

До ветеринарной клиники доезжаем за рекордные пять минут. Айка сразу же в операционную забирают, а мы с Дамиром за дверью остаемся, словно испуганные до ужаса родители.

Я нахожу его руку, переплетаю наши пальцы. Сжимаю в знаке поддержки.

- Принести тебе воды? – спрашиваю, желая хоть как-то его поддержать.

Он отрицательно качает головой. Только сейчас, кажется, замечает что футболка его вся в красных пятная. И руки тоже в крови.

- Я пойду умоюсь. Можешь мне из машины вещи, пожалуйста, принести? В багажнике есть спортивная сумка, - устало просит он.

- Да, сейчас.

Бросаю последний взгляд на Дамира и выхожу из клиники. Холодный ветер бьет в лицо, сразу же мерзну. Дамир даже машину не закрыл. Расстегиваю молнию спортивной сумки, достаю футболку и штаны для зала. Закрываю багажник, делаю несколько глубоких вдохов. Нужно успокоиться. Все хорошо с Айком будет, он в надежных руках. Ему обязательно помогут.

Стучу в дверь уборной и вхожу. Дамир уже снял с себя футболку, бросил в мусорное ведро.

- Почему снова плачешь? – спрашивает, забирая у меня вещи.

- Айка жалко. Твои люди уже нашли по камерам кто это сделал? – интересуюсь.

Дамир кивает.

- Хулиганы какие-то, - произносит сиплым голосом. Вроде и уверенно, но понимаю, что врет."

"Притворяюсь, что поверила. Оставляю Дамира в уборной, сама иду к двери, за которой сейчас за жизнь Айка борются. Боюсь пропустить момент, когда закончится операция.

Опускаюсь на стул, прикрываю веки и погружаюсь в свои мысли. Поэтому вздрагиваю от неожиданности, когда рядом Дамир садится и меня обнимает, прижимая к себе.

- Есть какие-то новости? – спрашивает.

- Нет, никто не выходил даже. Думаешь… думаешь все хорошо будет?

- Обязательно, - заверяет меня и я позволяю себе на мгновенье расслабиться.

Глава 26

Домой к Дамиру возвращаемся поздней ночью. Айк все еще в тяжелом состоянии, его оставили в клинике и честно сказали, что шансы у него выжить небольшие. От этого безумно грустно.

Уставшие входим в дом, вместе принимаем душ, без всяких намеков на пошлости, и ложимся в кровать. Дамир меня обнимает, к себе прижимает. В темноте ничего не видно, каждый о своем думаем. Рядом с ним так хорошо и уютно. Как раньше. Когда я с головой вся в нем была и ни о чем больше не думала.

Не замечаю как засыпаю, а просыпаюсь уже одна. Дамира в доме нет. Лишь записка на тумбочке от него:

«Оставайся у меня, отдохни, если что-то нужно будет обращайся к охране или домработнице».

Провожу пальцами по ровным строчкам, выведенными чернилами. У Дамира красивый почерк.