Имперская мозаика (трилогия)

Все не обязательно. Сколько сможешь.

— Хорошо. Только сначала «Джаби», а потом «Роб Чикен». А потом все остальное съем.

— Ты потом не захочешь. — Дан поставил поднос с купленной едой на разукрашенный веселой радугой цветов столик. — Давай так. Ты съешь сколько сможешь салата и весь «Роб Чикен», а потом все остальное.

— Ну ладно. — Девочка с усталым вздохом согласилась. — Пап, а когда ты к нам опять вернешься?

Реззер едва не подавился своим бутербродом от этого наивного и по-детски прямого вопроса. Ок вновь ощутил тоску от стремительно убегающих минут и часов сегодняшнего дня. В горле вдруг возник комок: он ощущал, что неумолимо теряет что-то бесконечно важное в своей жизни.

— Извините, вы Дан Реззер? — От ответа на сложный вопрос спасло появление рядом с их столиком невесть откуда взявшихся двоих корреспондентов с камерой. — Вы разрешите задать вам несколько вопросов?

— Нет. Я отдыхаю со своей дочерью и не хотел бы, чтобы нам мешали. — Дан миролюбиво улыбнулся.

— Кто ваша следующая жертва?

— Я прошу вас оставить нас в покое. — Улыбка сползла с лица Реззера.

— Почему вы расстались со своей женой?

— Еще один вопрос, и я сделаю жертву из вас обоих. — Бешенство темной водой колыхнулось внутри.

— Почему вы не желаете отвечать на наши вопросы? — Пока корреспондент спрашивал Реззера, оператор начал снимать напуганного ребенка. Дан вскочил, ухватив того, кто задавал вопросы, за рукав, но настырный человек, выворачиваясь, вновь заговорил скороговоркой:

— Не связан ли ваш развод с нестабильностью вашего поведения?

Реззер ответил ему коротким резаным ударом в живот, а когда замолкнувший корреспондент согнулся, просто отшвырнул его в проход между столиками. Отследившая полет камера вернулась к Дану. Окончательно взбешенный, он пнул оператора в пах, заставив выронить камеру и присесть на пол.

Девочка ревела, напуганная всем этим скандалом. Реззер подхватил ее на руки и покинул закусочную.

— Я хочу домой. — Дочка никак не могла успокоиться.

— Может, пойдем еще на аттракционы? Или погуляем?

— Нет. Я хочу домой. Отвези меня к маме.

У подъезда их уже ждала Ленара, которой Дан предварительно позвонил, сказав, что скоро будет. Весь ее вид говорил о том, что женщина крайне раздражена.

— Какой же ты урод, Дан. Ты с ребенком один день спокойно провести не можешь. Как ты мог устроить для нее такой стресс?

— Я? У тебя что, совсем крыша потекла?

— У меня? Да этот скандал уже показывали в новостях по всем каналам.

— Это ты урод, который не способен ни на какие человеческие отношения. Даже со своей собственной дочкой.

Не отвечая, Дан поцеловал печально стоящую Си и сел в машину.

— Это ты настоящий ублюдок! — визжала Ленара вслед ускользающему прочь гравитолету.