Имперская мозаика (трилогия)

Несмотря на кажущуюся небрежность, сама процедура подготовки послания была выполнена с пунктуальной точностью. Троих воинов, оставшихся последними из защитников Храма, по приказу Алтуна Кривого захватили живыми, не считаясь с неизбежными потерями. Попросту говоря, дружинники и наемники завалили их своими телами, погибая десятками под ударами их страшных мечей. Жертвенные столбы были изготовлены из старых стволов мертвого дерева, которое росло на Таркских Болотах, и принесены с собой на плечах рабов. Кора мертвого дерева, прочная, словно шкура неведомого зверя, покрытая острыми наростами и длинными иглами шипов, сильно ранила несущих. Вымотанных потерей крови и тяжелым грузом рабов сменяли свежими. Выбывшим же подрезали жилы на ногах, оставляя несчастных на страшную смерть в зубах диких зверей.

Жрец-отступник, руководивший этим действом, со своими учениками всю дорогу читал молитвы жестоким богам Крови. Таким образом, весь путь к своим жертвенным местам стволы деревьев впитывали в себя кровь и страдания, оставляя за собой след из погибших в муках существ. Они готовились стать фоном для главных жертв похода — трех лучших воинов противника. И вот теперь они установлены рядом друг с другом — средний чуть впереди, двое других по бокам и на шаг сзади. Будто им предстоит встретить тех, кто подойдет по заросшей дороге к главной лестнице Храма. Вокруг всех трех столбов выложен круг из стеблей смертельно ядовитых растений, который до поры до времени будет отпугивать хищников. В круге аккуратно вычерчены и обсыпаны тайными порошками священные руны.

Приносимых в жертву, временно усыпленных сонным порошком, раздели и омыли. Жрец, под пение учеников, остро отточенным каменным лезвием вырезал на покрытых татуировками телах символы трех богов Крови и богини Смерти. Ученики натерли тела жертв кровью мертвого жреца, которого они приволокли из Храма, и посыпали их взятым там же пеплом. После подготовительного ритуала воинов крепко привязали к жертвенным столбам и жрец-отступник влил в глотку каждому по несколько капель из деревянной фляги с приготовленной им лично жидкостью. Жидкость эта обладала поистине неоценимыми для жреца свойствами: она не избавляла жертву от всей остроты и разнообразия переносимой боли и не позволяла нырнуть в спасительное беспамятство. Кроме того, по наблюдению жреца, сама смерть наступала значительно позже, продлевая агонию и делая приношение богам более сытным. Почти тотчас воины Храма очнулись, вырванные зельем из забытья для основного ритуала. Ученики с новой силой запели молитвы, а жрец начал свой танец среди начертанных на камнях рун. Он чертил в воздухе замысловатые знаки, вызывая духов-помощников богов Крови.