Имперская мозаика (трилогия)

Вдруг ты не оправдаешь моих надежд и на деле окажешься никчемным? Я ведь не видел тебя еще в настоящей работе. Только слухи. Если ты будешь знать суть, станешь опасен. Особенно учитывая, как болезненно ты относишься ко многим нашим делам. Кстати, помнишь те контейнеры с семенами табака, которые мы смотрели в порту?

— Так это был табак? — Амос вспомнил.

— Да. Отборнейший табак с моих табачных плантаций. Разве ты не знал, что одной из основных статей дохода моей семьи является табачный бизнес? Да, мы не только, вернее не столько, пиратствуем. Мы занимаемся многим. У каждой семьи — свой легальный или не очень бизнес. Но суть не в моих семенах. Суть во вредителях.

— Вредителях? — Пилот насторожился.

— Да. Это одна из идей Хайеса. Есть у меня такой человек. Очень умный и расчетливый. Бог даст — я вас познакомлю. Так вот, другой хороший человек, про которого я тебе говорил, профессор Бергштайн, помог воплотить план Хайеса в жизнь. Он создал паразитов, которые питаются листьями табачного растения. Этими паразитами и были заражены зерна, распроданные инкогнито и по демпинговым ценам всем плантациям Империи. И сейчас в Империи бушует табачный кризис. Его еще не почувствовало большинство потребителей, потому что запасы у торговцев были велики. Но уже многие производители на грани банкротства, другие — кое-как сводят концы с концами. Благоденствуют пока только мелкие табачники, закупавшие маленькие партии заказных эксклюзивных продуктов. Так что мы сейчас остались почти монополистами. Империалы на счета моих плантаций, табачных и сигарных фабрик потекли рекой. Операция прошла идеально. И что ты про это скажешь? Подло? Грязно?

— Может, и подло. Но тут вы хоть никого не убивали. Может, даже наоборот. Государству, несмотря ни на что, не удается справиться с никотиновыми империями. А вы половину этого бизнеса угробили. И вообще, хватит делать из меня чистоплюя. Я допускаю, что бизнес — это не всегда честная борьба. Я не приемлю убийства невинных людей! — Амосу было откровенно плевать на дела табачников.

— Ты так говоришь, потому что сам никогда не курил и не знаешь, что значит никотиновый голод. А сигареты и сигары сейчас совсем не те, что раньше. Ты даже представить не можешь, как сумели технологи и генетики изменить и растения, и производство, чтобы избавиться от вредных воздействий или снизить их. И кого ты имеешь в виду, говоря о невинных людях? Этого ублюдка, который перерезал глотки нескольким бедолагам и которому я просто воздал по его делам? Поверь, если бы я не испытывал к нему при этом сострадания, резал бы ему глотку много дольше, наслаждаясь коктейлем его боли и страха.