Личные мотивы

А зачем ей брак? Однажды она уже была замужем, и ничего хорошего из этого не вышло, кроме сына, который, правда, ее радует. Молодец, мальчик, умничка, учится в Ростове в институте, образование получает, серьезный парень вырос. Кстати…

Она посмотрела на часы и потянулась за телефоном. Сын уже должен прийти с занятий в общежитие, самое время ему позвонить.

— Сыночка, как у тебя дела? Как в институте? Ты покушал? А что ты кушал?

Петр наклонился к ней и тихо прошептал:

— Ты спроси, мягкий ли был стул.

— Какой еще стул? — оторопело переспросила Линда.

— Ну спроси, на горшок он сегодня ходил?"

"Линда погрозила ему кулаком и продолжала допрашивать сына. Вот всегда Петруша смеется над тем, как она заботится о мальчике, а кто же еще о нем позаботится, если не мать родная? Вообще заботиться о ком-нибудь — это ее стихия, ее призвание. Она обо всех заботится, всех опекает, всех жалеет: и больных, и убогих, и бездомных собак и кошек. А Петеньке смешно…

Петр тронул ее за руку и перевел глаза на столик, где сидели объекты их интереса. Линда поняла, что парочка собирается уходить, пора сворачивать разговор с сыном и расплачиваться, чтобы не потерять их.

* * *Разобраться с делом Бориса Кротова полковнику Алекперову оказалось не так-то просто. Он широко раскинул сеть, забросив в людские просторы имя Валерия Стеценко, и теперь ждал, когда найдется кто-нибудь, кто поведает ему о далеком прошлом. И такой человек нашелся. Это был некий предприниматель средней руки и солидного возраста, через фирму которого перегоняли контрабанду. Хана предупредили, что о личной встрече с источником не может быть и речи, пусть сформулирует свои вопросы, ответы ему передадут.

Вкупе со сведениями, полученными из сохранившейся у Кротова копии приговора и из других, в том числе и оперативных, источников, картина сложилась примерно следующая. В начале восьмидесятых Стеценко промышлял валютой в крупных размерах и в составе довольно большой преступной группы оказался под следствием по «расстрельной» статье Уголовного кодекса. Дела о валютных операциях в те времена вели следователи КГБ. Долгое время Стеценко выступал только в качестве свидетеля, а когда количество собранных против него улик позволило привлечь его уже в качестве обвиняемого, произошло нечто непонятное, и Стеценко из уголовного дела выпал вообще, даже свидетелем не проходил, словно его и в природе не бывало. А через несколько месяцев после этого он, пижон, модник и любитель ресторанов и роскошных женщин, оказался убийцей своей сожительницы — скромного диспетчера из ДЭЗа.