Школа Лысой Горы. Тайны Калинова моста.

Хочет видеть его, говорить с ним, спрашивать и рассказывать, обсуждать и вместе делать выводы. Ей страшно не хватало их прежних посиделок над листками с расчётами, подкинутыми Алексеем Семёновичем, над чертежами к задачам, над различными вопросами жизни школы. Ей не хватало его не только как любимого мужчину, ей не хватало его как друга, особенно сейчас, когда близится первая некромантская практика, а неподалёку пробуждается к Рождеству враждебная навь...

– Чегой не спишь? – Над лицом возникла фосфоресцирующая клякса с круглыми глазами, и Василиса завопила от неожиданности. – Всю деревню перебудишь! Кошмар приснился, да?

– Коли черепов у кровати понаставить, кому хошь кошмары сниться начнут. Вот я тебе посвечу и спи спокойно. – Огневушка заскочила на прикроватную тумбочку, яркостью затмив «светильники» Яги. Волшебный огонёк очень трепетно относился к своей миссии начальника всех огней в доме и терпеть не мог конкурентов, даже безнадёжно неживых. – Ну, чего глазами хлопаешь? Спи давай!

– Вечный выбор: сомкнуть веки и погрузиться в прекрасные сны или широко распахнуть глаза и упорно жить в горемычной реальности, – хмыкнула Василиса, решительно спрыгивая с постели и надевая халат. – Давай за стол перебираться: тетради проверю и засну. Ничто так не навевает сон, как монотонное исправление одних и тех же ошибок в одних и тех же примерах.

Она успела дойти до середины стопки, когда Огневушка испуганно пискнула и спряталась за печную заслонку. Глюк пролетел сквозь потолок на чердак, и в доме воцарилась тишина – даже слабо тлеющие угольки в печи перестали потрескивать. Когда последовал стук в дверь, Василиса уже знала, кто стоит на пороге: её домашняя нежить никогда не бросила бы её на растерзание врагов, но боялась некоторых из её друзей. Рода Вааловича, к примеру, но на ночное крыльцо явился точно не географ.

– Заходите, я не сплю, – пригласила она, и рядом с ней возник Елисей.

– Знаю, что не спишь, – у тебя слишком ясное и активно работающее сознание для спящей.

– Я потревожила ваш покой своими страхами? – расстроилась Василиса.

– Нет, они были не настолько насыщенны, – заверил Елисей и мягко усмехнулся: – О том, что ты сидишь и переживаешь, мне помогла догадаться простая логика. И знание, что при недостатке информации ты начинаешь придумывать собственные версии событий, которые бывают весьма жуткими и причудливыми. А когда ты так мгновенно заливаешься румянцем, то кажешься ещё моложе, чем есть, хоть казалось бы – куда уж моложе.

Его рука невесомо прошлась по её волосам, окутав прохладой в натопленном доме.