Школа Лысой Горы. Тайны Калинова моста.

И самое основное: если почувствуешь, что всё окончательно плохо – директора зови!

– Разгильдяи! Ещё один такой промах – вас самих в могилы на сутки упакую! – разорался материализовавшийся рядом с гробом высокий стройный шатен, махнул рукой – и гроб исчез в неизвестном Василисе направлении, унеся с собой и тошнотворный запах разложения. – Кто тут противно визжит над ухом? Первый курс?

Мужчина развернулся к Василисе, продемонстрировав длинное лицо с орлиным носом, ярко-алые тонкие губы и чуть выступающие верхние белые клыки. Как ни странно, эти нюансы внешности не мешали ему выглядеть сногсшибательным красавцем этакого хищного типажа. Красавец поморщился и сухо бросил Яге:

– Она у вас что – не урождённая?

– Нет, она случайно инициированная. – Яга поспешила любезно улыбнуться. Вампир скривился, проворчал: «Какая нервная девица, только бы не ко мне в группу», и улетучился в прямом смысле слова: взвился и скрылся в открытом окне третьего этажа. Яга распрямила Василисе плечи, приподняла её подбородок и мазнула румянами по белым щекам. – Это чтобы стражи дверей за неупокоенную тебя на входе не приняли. Держи путеводный клубок – он на деканат настроен, а там тебя уже Мара ждать должна. Обратно она тебя выведет, но дорогу на всякий случай запоминай, иначе сама ко мне можешь и не выйти.

Шагая за путеводным клубком, весело подскакивающим на ступеньках и шустро катящимся по ровному паркету коридоров, Василиса, стиснув кулачки и зубы, храбро осматривалась в своей новой альма-матер. Роскошные занавеси до пола, висящие на окнах, шевелились, меняли цвет и время от времени с гнусавым хихиканьем перепрыгивали с окна на окно, меняясь местами с соседями. Духи-уборщики, как и в школе деловито сновавшие тут и сям, строго грозили псевдо-занавескам сухонькими кулачками и ругались:

– Хорош пылить, а то вам мигом ещё пятнадцать суток отработки за безобразия добавят! Благонадёжные привидения, а спокойно шторами повисеть не могут! Как на кладбищах хулиганить и студентам практики срывать – так все горазды, а как за поступки свои отвечать – так скучно им, видите ли.

Василиса со страхом глянула на половицы паркета – доски были тихими, неподвижными, выглядели добротными и настоящими. Каждая доска была украшена крестом, а форма вытянутого шестиугольника, зауженного с одного конца, напоминала... крышку гроба! Запретив себе размышлять на тему, новые доски были использованы для покрытия полов или бывшие в употреблении, Василиса смело пошагала по ним дальше. На первом этаже размещались, судя по всему, не лекционные залы, а служебные помещения различного назначения, и народа тут встретилось ей мало. Над створками самой большой двери висела слева большая табличка: «Пункт приёма донорской крови».