Магическая Москва

А потом, ну не знаю, меня в расстроенных чувствах встретила… бывшая работодательница? У меня с одной неплохие отношения были, пока она свой отель не продала. Встретила и предложила за деньги смотреть за ее… животным, которое боится оставаться одно.

Кюн, вернувшаяся в человеческий облик и продолжившая есть пиццу, фыркнула.

– Звучит, не обижайся, как османский сериал.

– При населении Москвы вероятность встречи… – начал Демыч, но Павел остановил его одним взглядом.

Маг ее идею неожиданно поддержал:

– Звучит неправдоподобно, но часто неправдоподобные вещи оказываются истиной, – эмпат чувствовала, что Павел говорил не только про ее придумку, – и чем меньше п-прямой лжи, тем легче п-поддерживать легенду. Если этому Антону Сергеевичу нужны твои способности, то остальное не д-должно иметь значения. Если что, тебе п-позвонят на телефон и п-попросят «вернуться с Моней», д-давая п-повод уйти со встречи. Ясно?

Инга кивнула. В голосе мага слышалась тревога. Павел наверняка опасался, что она завалит ответственное поручение, и его можно было понять: знакомы они всего ничего, и пока Инга ничем выдающимся не отличилась.

Эмпат попыталась уверить всех, и себя в том числе, в том, что она со всем справится:

– Я Толика знаю, он нормальный. Три года прошло и все такое, но он – нормальный. Мы просто поговорим, и все.

Маг смотрел на нее сложночитаемым взглядом.

А ведь он хотел сказать о чем-то другом. Инга не смогла понять, о чем, какая-то мешанина эмоций…

– Мы были наедине, и он мне ничего не сделал. А тут – кафе.

– Если б-бы твой п-приятель настаивал на уединенности, то ни о какой встречи и речи б-бы не шло, – отрезал маг. – Не лезь на рожон. Б-будет команда уходить – уходи. Кюн – рассчитываю на твое б-благоразумие.

– Подождите, подождите! – Кюн принялась быстро запихивать в себя два куска пиццы. –Вот, все, доела, теперь поехали.

– Ко мне домой. За благоразумием, она хранится в прихожей, в шкафу, на самой дальней полке.

Павел несколько расслабился, Демыч с Надеждой не сдержали усмешки, даже Андрей Васильевич улыбнулся.

– Работайте, молодежь. Доказывайте делом свою самостоятельность, – негатор поднялся из-за стола, – и не заставляйте за вас краснеть.

– Это уж как получится, – тихо-тихо пробормотала Кюн.

Эмпат чувствовала – Щенка волновало то, как все пройдет. Инге казалось немного странным, что ее простой разговор со старым приятелем для всех этих людей – целая военная операция. Может, и не военная, но как в кино – секретная.

И подготовка к разговору походила на что-то из истории про шпионов: Ингу снабдили крошечным микронаушником, не менее крошечным микрофоном-передатчиком, незаметным под черной тканью свободной рубашки, и камерой.