Эпоха мёртвых. Москва

Ищи переезды через пути и перебирайся на другую сторону.

— А где переезды? — уточнил Мишка.

— Увидишь, тут их много, — отмахнулся Степаныч. — И дальше старайся держаться ближе к железке. Дойдём до Бирюлёво-Товарной, проскакиваем её, и слева будет пивзавод «Эфес». Знаешь такое пиво?

— А кто не знает? — усмехнулся Мишка.

— Во-во, морда у тебя с пива… — пробормотал Степаныч и продолжил: — От пивзавода, если направо по диагонали смотреть, будут склады, несколько корпусов. И забор вокруг них. Вот туда нам и надо.

— Тогда у пивзавода следующая остановка, — решил я, а попутно у меня ещё одна идея мелькнула, полезная, если я не ошибаюсь, как пивзаводы выглядят.

— Двинули? — спросил Мишка.

— Ага, по машинам, — скомандовал я.

С этого момента пошли с опаской. Я стекло опустил, которое раньше закрыто было, автомат держал наготове. Сергеич тоже пулемёт на крышу поставил, Лёха головой по сторонам крутил. Я оглянулся на грузовики и увидел, что Маша появилась из люка, причём винтовку держит наготове. Правильно соображает, но у меня на неё теперь отдельные планы.

Действительно, совсем скоро путаница каких-то грунтовых просёлков вынесла нас к железной дороге. Степаныч и тут был прав: вдоль путей тянулось множество грунтовок, вполне проходимых. По ним, видать, ремонтная техника ездила, да и вообще они нужны были для обслуживания виднеющейся впереди станции. Затем двойная стальная колея на стрелках разбежалась на целую путаницу путей, отжав нашу колонну уже к левому краю. Степаныч и здесь прав оказался. Слева мелькнули какие-то жилые здания, бывшим жильцам которых я искренне посочувствовал — жить в такой близости от железки и станции точно не сахар. Затем мелькнуло какое-то огромное автохозяйство, во дворе которого стояли дальнобойные фуры, вызвав во мне смутное желание там пошариться на предмет всяких ништяков.

Ещё одно автохозяйство показалось слева, на этот раз удивительно запустевшее. Привлекла внимание эмблема МЧС на главном здании. А вскоре я увидел слева же современный фабричный корпус, возле которого возвышались три огромных танка или цистерны, не знаю, как назвать, с эмблемами известной марки пива. Так и есть, я не ошибся. И на каждый бак, на самый его верх, вела снизу металлическая лестница. То, что доктор прописал.

— Шмель, давай помалу прижимайся к пивзаводу, — скомандовал я.

— К пандусу?

— Ну да, примерно. По путям на территорию, между забором и составом заруливай.

Не знаю, с какой стадии на этом заводе начинали производство пива, но очень высока вероятность того, что здесь были крысы. Много. Крысы — это такие твари, что при любом пищевом производстве пристроятся, как их ни гоняй и ни трави и какую чистоту ни соблюдай. А в наше мрачное время из крыс получаются мёртвые крысы.