Эпоха мёртвых. Москва

Дверь чёрного хода к тому же с обратной стороны, так что первоначальная задача ещё усложнится — в ту сторону никакого обзора, что угодно может случиться, и ни огнём не поддержать, ни маневром."

"Я даже на машине туда соваться побоюсь — застрять можно просто-напросто. А если начнётся стрельба да подтянется толпа мертвецов, которые наверняка где-то поблизости в спячке пребывают, то отсюда и не вырваться будет, даже на грузовике, не говоря уже о «козликах».

— Не-э-эт, сюда мы не поедем, — решительно заявил я. — Такой план не пойдёт, будем думать о другом. Давай помалу до поворота.

Словно для иллюстрации моих слов, в дальнем конце проулка появился мертвяк, за ним ещё один и ещё. Точно, добудились мы их. Эхо от наших моторов громкое, мечется между стенами испуганно и нервно, и если они во сне своём звуки фильтруют, то даже до их гнилых мозгов должно было дойти, что кто-то завтрак привез, нас то есть. А тут мы ещё и из пулемёта постреляли, так что вполне достаточно себя обозначили.

Машины снова тронулись с места, доехали до поворота на Неглинную, почти завершив объезд квартала. Снова перед нами возникла обгорелая громада Центрального универсального магазина и прилегающее к ней здание Малого театра, тоже выгоревшее, так, что крыша провалилась в обугленную коробку. Жаль, накрылся храм искусств.

— Внимание, где-то справа морф! — оповестил я всех, после чего скомандовал Шмелю: — Давай налево.

Это я уже внёс по ходу изменения в маршрут — меня осенила некая идея.

— Налево? — немного удивился Мишка. — Мы же в Камергерский собирались.

— Нет-нет, давай в Театральный проезд, — решительно объявил я. — Не тормози. И с Театрального налево, в сторону Лубянки, сворачивай.

— Как скажешь, — пожал плечами Мишка.

— А чего так? — поинтересовались с заднего сиденья хором Большой с Татьяной.

— Возле библиотеки прятаться нельзя, обложат и сожрут, — ответил я. — Тем более что мы за пару минут сразу двух морфов видели. С этим согласны?

— Ну… да, — кивнул Большой. — А здесь что?

— Большие, открытые, просторные, отлично просматриваемые во всех направлениях пространства. И полное отсутствие заторов, — объявил я.

— На ходу подмётки будем резать? — уточнил Большой. — Кататься, озираться и одновременно мародёрить библиотеку?

— Почти угадал, — кивнул я, сделав вид, что не распознал ехидства.

Мал ещё ехидничать, даром что Большой. Пусть себя проявит в деле сперва, а потом прохаживается по поводу мудрости начальства.

Развалины Малого театра, ещё воняющие гарью, остались по левую руку, и машины вырвались на почти бесконечный простор самой широкой из центральных улиц. Как я и ожидал, никаких заторов, препятствий и мест, удобных для засады, здесь не было.