Эпоха мёртвых. Москва

— Не боевая машина, а там… всё продумано, всё по делу. И два ПК могли бы работать одновременно, — пояснил он.

— Ну, батя-то твой завтра уже обещал сдать «госкомиссии», насколько я понимаю, — пожал я плечами."

"— Обещал, — кивнул Шмель. — Но если бы по уму делать всё, а не через задний проход, то надо нам было сперва закончить с «козлами», а потом всё остальное шаманить. Сейчас бы уже обкатывали.

— Ну теперь-то что? — пожал я плечами. — Я бы в будущем… отдалённом, ещё и «Форанер» бы свой переделал во что-то подобное. Получится, как думаешь?

— А чему там не получаться? — даже удивился Мишка. — Правильно каркас рассчитать да тент подобрать по размеру. Правда, не очень понимаю, как ты в тенте окна сделаешь на коленке. На твоём месте не стал бы мудрить, оставил всё как есть. Хорошая машина, ещё лет десять отбегает.

— Хм… — озадачился я. — Тоже верно. Ладно, поехали.

Пропуска на выход двух машин я получил ещё вчера, так что КПП прошли без задержек. Наряд быстро просмотрел наши «пламенные» удостоверения личности, сверил со списками, после чего ворота распахнулись, открыв нам выезд на пустынную дорогу.

— Всем повнимательней, — объявил я в рацию. — Мы на боевых.

Дорога до Ленинградки была привычно пустынна, а вот на шоссе снова появились признаки человеческой деятельности. Не много, разумеется, но несколько машин, грузовых и внедорожников, нам всё же попались. Какая-то жизнь налаживалась.

Однако в город мы въехали в полном одиночестве, не было ни встречных машин, ни попутных. И поначалу даже не было на улицах мертвяков, город был абсолютно, идеально пуст. Ветер нанёс на широкое Ленинградское шоссе немало мусора, словно стараясь продемонстрировать, что здесь уже почти не ездят. Сухие листья, клочки обгоревшей бумаги с многочисленных пожаров, прошлогодняя трава.

Дом, где был супермаркет «Проспект», выгорел дотла, равно как и прилегающий к нему. Но пожары затихли, судя по тому, что небо над городом было теперь чистым. Что загорелось само, то уже догорело, что могло вызвать пожар — уже вызвало. Единственными «гостями столицы» были мародёры, а уж они точно ничего не поджигали, потому что мёртвый город был их главным материальным активом, и его следовало беречь.

О мародёрах же напоминало многое. Например, огромная надпись краской на бетонном ограждении путепровода с обозначением частоты и добавкой: «Канал общий. Держим связь во избежание конфликтов». Рация у меня на плече была включена как раз на этот канал, и время от времени я слышал обрывки какого-то обмена, явно отдалённого. Затем моё внимание привлекла ещё одна надпись, сделанная на стене здания и тоже краской. Красной. Гласила она: «Поджигателей будем убивать!» Ёмко. Доходчиво. И правильно. Согласен на все сто. Увижу — сам завалю.