Мошенники

“Клинг-Клинг-Клинг…” доносилось до Бернса, как приглушенное щелканье курка. Он продолжал терпеливо дожидаться. Трубка молчала.

— Девушка Клинга была в этом магазине, — как-то торопливо одним духом, выпалил наконец Карелла. — Она убита.

У Бернса перехватило дыхание, но он тут же справился с собой.

— Я сейчас же буду там, — сказал он и повесил трубку. На какое-то мгновение он почувствовал огромное облегчение. Он ожидал худшего — он ожидал, что нечто страшное случилось с женой Кареллы или его детьми. Но облегчение это было недолгим, ему на смену пришло чувство вины. “Девушка Клинга”, — подумал он и попытался представить ее, но в жизни они никогда не встречались. И все-таки она казалась такой реальной, потому что ему не раз приходилось слышать, как в дежурке отпускали шуточки по поводу романа Клинга с хорошенькой сотрудницей социальной службы города, и это были чисто мужские шуточки… а теперь она мертва… Клинг…

Вот в этом-то все дело.

Именно в этом: ведь прежде всего он испугался за Кареллу, потому что смотрел на него, как на своего собственного сына, как на наследника семейного дела, надежду отца. Но теперь он думал о Клинге — молодом, белокуром, с наивными, широко раскрытыми на окружающий мир глазами, совсем еще юношу, который занимался делом, не прощающим ни осечек, ни промахов.

Нет, Бернсу было совсем некстати погружаться в рассуждения на эту тему. Я — полицейский, — твердил он себе. — Я держу в кулаке свой отдел, я — начальник, командир, капитан на мостике, и я — старик, во всяком случае, за моей спиной они частенько называют меня именно так. И я не могу, не должен допускать каких-то личных отношений со своими подчиненными, никаких симпатий. В конце концов, не отец же я им, черт побери!

Рассуждая так, он тем временем пристегнул револьвер, надел фуражку, поцеловал Хэрриет и похлопал по плечу Ларри — своего собственного сына. Но, когда он вышел из дома, лицо его было все-таки мрачнее тучи, потому что отношение его к подчиненным было глубоко личным, что он там себе не твердил. И может быть, это не делало его лучшим из полицейских, но человеком это делало его очень хорошим.

* * *Когда Бернс подъехал к книжному магазину, там уже было шесть детективов из Восемьдесят седьмого участка. Мейера Мейера успели к тому времени сменить, и он привез с собой двух ребят из тройки, Заступившей в ночную смену. Коттон Хейз и Энди Паркер были свободны от службы, но дежурный позвонил им и сообщил, что произошло, и они сразу же примчались сюда. Боб О’Брайен находился на специальном задании в парикмахерской в четырех кварталах от места происшествия, когда один из патрульных рассказал ему о случившемся.

Все они несколько смущенно толпились на тротуаре, когда Бернс вышел из машины.