Мошенники

Потом он левой рукой достал из кармана полученный у клерка ключ и осторожно вставил его в замочную скважину.

За дверью он уловил какое-то движение. Тогда он быстро повернул ключ и резко толкнул дверь. В номере на постели лежал мужчина, и рука этого мужчины как раз тянулась к револьверу на ночном столике.

— Советую оставить его в покое, — сказал Браун.

— А в чем дело? — спросил мужчина. Он выглядел несколько приятнее, чем на фотографии, но изменения были незначительными. Выглядел он чуть старше, скорее всего потому, что фотографировали его несколько лет назад перед отправкой в тюрьму. На нем была белая рубашка со слегка закатанными рукавами, так что были видны не снятые им запонки. Маленькая монограмма виднелась над нагрудным карманом, и можно было разглядеть, что составляли её буквы “Ф” и “Д”.

— Одевайтесь, — сказал Браун. — Нам с вами предстоит разговор в участке.

— И о чем же это нам предстоит разговаривать?

— О мошенничестве, — сказал Браун.

— Об этом вы можете забыть, — сказал мужчина.

— Вы так считаете?

— Именно так! Сейчас я чист, как сама Пресвятая дева Мария.

— И именно поэтому вы таскаете за собой револьвер? — спросил Браун.

— У меня имеется разрешение на него, — сказал мужчина.

— Вот это мы, кстати, проверим там, в участке.

— Вам для этого понадобится ордер на арест, — оказал мужчина.

— Не нужно мне никаких дурацких ордеров! — резко бросил Браун. — А теперь подымайся с этой чертовой кровати и одевайся. Да поживее, иначе я сам помогу тебе одеться. И поверь, тебе эта помощь не понравится.

— Послушайте, да какого черта…

— Подымайся, Фритци, — сказал Браун.

Мужчина испуганно посмотрел на него.

— Ведь ты Фритци, так ведь? — спросил Браун. — Или ты считаешь, что кличка “Датч” тебе больше подходит?

— Меня зовут Фрэнк Даррен, — сказал мужчина.

— А меня — Джордж Вашингтон. Ладно, надевай свое пальто.

— Послушайте, вы, приятель, совершаете ошибку, — сказал мужчина. — У меня найдутся друзья.

— И кто же они — судьи? — спросил Браун. — Или сенаторы? Кто?

— Неважно кто, — сказал мужчина.

— У меня тоже есть друзья, — сказал Браун. — Один из моих хороших друзей даже держит мясную лавку на Даймондбек. Но что из этого, даже он не сможет помочь тебе. А теперь пошли, не стоит зря терять время.

Мужчина слез с постели.

— Мне нечего скрывать, — сказал он. — Вы ни в чем не можете меня обвинять."

"— Надеюсь, что это так, — сказал Браун. — Надеюсь, что ты чист перед законом, надеюсь, что у тебя и в самом деле есть разрешение на этот револьвер, и надеюсь, что на прошлой неделе ты ходил на исповедь. Но, несмотря на все это, мы сейчас отправимся с тобой в участок.

— Господи, неужели нельзя тут поговорить? — спросил мужчина.

— Нет, — сказал Браун.