Мошенники

И глухой снова улыбнулся."

"К своему превеликому огорчению, должен сообщить вам, мистер Мак-Дуглас, что взятая у вас напрокат форма ночного сторожа, несмотря на ее вполне приличный вид, была предана кремации в печи для сжигания мусора и таким образом обратилась в пепел. Но вы и сами понимаете, что это было для нас единственным выходом. Честно говоря, точно так же мы поступим и со всеми остальными вашими костюмами. Очень может быть, что полиция в конце концов доберется до вас, мистер Мак-Дуглас, но мы не будем облегчать ей работу — пусть все идет своим чередом. Дело в том, что когда они в конце концов доберутся до вас, вы, конечно же, сразу и во всех подробностях опишете им мою внешность.

И он опять улыбнулся.

А уверены ли вы, мистер Мак-Дуглас, что ваше описание будет соответствовать действительности? Уверены ли вы, что моя светлая шевелюра дана мне от Бога, и что я не перекрасил ее только для подготовки и проведения этой маленькой, но доходной операции? Уверены ли вы, что я и в самом деле страдаю недостатком слуха; догадываетесь ли, что этот слуховой аппарат нужен мне только для того, чтобы о моих приметах составилось неверное представление? Может быть, всех этих вопросов полиция и не задаст вам, мистер Мак-Дуглас, но неплохо было бы ей постараться самой найти на них ответы, или хотя бы задуматься.

Ей-богу, я предчувствую, что в процессе охоты за мной полицию ждет масса крайне неприятных неожиданностей.

— А вот и мы! — объявил Мак-Дуглас, появляясь из подсобки со свертком в руках. — Ну, как они вам нравятся?

Глухой внимательно оглядел белоснежные наряды мороженщиков.

— Выглядят они очень мило, мистер Мак-Дуглас, — сказал он. — И сколько же я вам должен?

— Расплатитесь сразу за все после окончания съемок, — сказал Мак-Дуглас.

— Благодарю вас, — и глухой улыбнулся самой очаровательной из своих улыбок.

— Я работаю здесь уже двадцать пять лет, — сказал Мак-Дуглас, — но мне еще ни разу не подсунули фальшивого чека, и не было случая, чтобы мне не вернули костюм. А должен сказать вам, что за все эти годы я никогда не сдавал вещь под залог. У меня жесткое правило — за прокат со мной расплачиваются только тогда, когда приходят сдавать взятую вещь. — Он легонько постучал по дереву стойки. — И, несмотря на дурную репутацию района, меня здесь ни разу не ограбили.

— Ох, не зарекайтесь, — сказал с игривой улыбкой глухой, — знаете, как говорится, — лиха беда начало. — И Мак-Дуглас в ответ на эти слова тут же взорвался хохотом. Глухой продолжал смотреть на него с доброжелательным интересом, улыбка тоже не сходила с его лица.

Отсмеявшись, Мак-Дуглас спросил:

— А кто будет режиссером в этом вашем фильме?

— Я и буду режиссером.

— Должно быть, это ужасно сложная работа. Наверное, ставить фильмы очень трудно.