Мортена: Перерождение

– Есть ли какой-то график посещения тренировочной площадки? – задала более отвлечённый вопрос, стараясь переключить внимание гвардейца от своей оплошности.

– Это площадка для личной гвардии амори. Тренироваться с амори – великая честь, а уж попасть к ней в ученики – мечта всех ягуаров. Обычно занятия здесь проходят на рассвете.

Я посчитала бойцов, выходило тридцать особей. Маловато для личной гвардии. С другой стороны, я ещё ничего не знаю о местном укладе, а уже пытаюсь делать какие-то выводы. Может, остальные на патрулировании или с важными миссиями в разъездах.

Мы спускались по широким ступеням, которые, вероятно, иногда служили ещё и скамьями для зрителей. В столь ранний час я заметила лишь нескольких мальчишек пяти-шести лет от роду, с восторженным взглядом следящих за тренировкой своих кумиров. Увидев нас, Муар нахмурилась и поспешила навстречу.

– Не стоило приходить сюда. Приступ может повториться, – амори с беспокойством всматривалась в моё лицо, пытаясь обнаружить следы приближающегося недуга. Ещё бы понять, что это за приступ.

– ЯГУ?

– Состояние здоровья в норме. Никаких тревожных показателей.

Выдохнув с облегчением, я не успела ничего ответить, как боец, фехтовавший в Муар, подхватил меня на руки и отрапортовал:

– Позвольте, доставлю маленькую айше во дворец и вернусь на тренировку?

Бабушка кивком дала разрешение. Я же тихо переваривала происходящее. Похоже, что к Рогнеде здесь относились как к тяжелобольному ребёнку, не имеющему собственного мнения. Делалось это без малейшей насмешки лишь с исключительной заботой, и по щелчку пальцев такое отношение вряд ли изменится. Свои позиции придётся завоёвывать.

В замок меня доставили, можно сказать, с ветерком. Сурам лихо перепрыгивал с одного резного мостика на другой, словно они сами выстаивались в кратчайшем пути к дворцу. Во время одного из таких прыжков я рассмотрела, как вниз аккуратно спускают кого-то в паланкине.

«Интересно, вопрос в возрасте или состоянии здоровья?»

Вообще, стоило больше узнать об окружающем мире, но у кого? Ответ на мой вопрос встречал меня у деревянных резных дверей, заламывая руки.

– Хвала духам отцов-прародителей, маленькая айше очнулась! Пойдемте скорее, я велела приготовить ваш любимый завтрак. Вы же неделю пролежали в святилище, мы уже думали, не очнётесь!

Пожилая высушенная временем женщина протягивала ко мне руки со скрюченными пальцами. В длинные седые косы были вплетены сухие перья, бусины, кусочки кожи и меха разных животных. Всю видимую из-под одежды поверхность тела покрывали татуировки, придавая то ли служанке, то ли нянечке жутковатый вид.

«Ведьма!» – мелькнула мысль и исчезла, оставив после себя чувство грызущего беспокойства и неясной опасности.