Морской лорд

— Если хотите содержаться в лучших условиях, поклянитесь, что не попытаетесь убежать, — предложил я.

Генри и пленник Гилберта поклялись первыми. Граф и его племянник последовали их примеру, немного понадував щеки. Я смотрел на эти два надутых ничтожества и понимал всю глупость передачи управления большим регионом по наследству, а не по способностям.

— Со двора не выходить, это в ваших интересах, — предупредил я. — И помните, что бог наказывает клятвопреступников, как это случилось с вашим королем.

Стефан поклялся королю Генриху, что признает его дочь Матильду наследницей престола, а потом захватил власть. И моим сеньорам поклялся, что не нападет на них в отместку. Напоминание подействовало на рыцарей. Они верили в наказание за тяжкие грехи, в которым относится и клятвопреступление.

Мы вместе пообедали вареной свининой, которую приготовила Рут. Она никак не могла пережить потерю купеческого серебра. Или возможности избавиться от глуповатого и трусливого мужа. Пленники сидели за столом, закутанные в одеяла, ели руками, громко чавкали, но посматривали с презрением на меня и моих рыцарей, которых я приучил есть с закрытым ртом и почаще пользоваться ножом.

После обеда я собрался в замок. Наверняка там сейчас готовятся к пиру в честь победы. Хотя я и не люблю эти шумные и беспощадные застолья, но не прийти было бы неразумно.

— Зайди в дом эпископа и скажи, чтобы доставили нашу одежду, — попросил граф Ричмондский и, как выяснилось во время обеда, еще и граф Корнуоллский.

— Зайду, — пообещал я.

Мне показалось, что в замке собралось раза в два больше рыцарей, чем участвовало в сражении. У победы всегда много родителей. Это поражение круглая сирота. Все три графа были на третьем этаже. Они сидели у горящего камина, а за их спинами толпились рыцари, желающие получить обратно пропорционально вкладу в победу. Ни короля Стефана, ни других знатных пленников в холле не было. Я был уверен, что к венценосным особам, даже пленным, относятся с большим почтением.

— Мы уже успели похоронить тебя! — сказал шутливо Роберт, граф Глостерский, увидев меня.

— Не дождетесь! — в тон ему произнес я.

— Это была самая лучшая атака в моей жизни, — признался он.

— Ты вовремя ее произвел, — сказал я.

Мне нужны хорошие отношения с ним, а не лавры полководца. Тем более, что не встречал свое имя в учебниках истории в двадцатом и двадцать первом веках. Граф меня понял и кивнул головой, соглашаясь, что так будет лучше для нас обоих.

— Говорят, ты захватил в плен рыцаря? — переменил граф Глостерский тему разговора.

— Даже троих.

— Когда ты успел?! — удивился Вильгельм де Румар, граф Линкольнский.