Морской лорд

На мужа глянула, сдержав вздох огорчения: ну, какой же ты дурак!

— Сказала, слишком ты благородный и не жадный, — продолжал хозяин. — Купцы — они такие жадины!

— А ты что сказал? — спросил я.

— Что ты византиец, а они другие, — ответил он.

— Купцы везде одинаковые, — произнес я, — как и хозяева постоялых дворов и их умные жены.

Жене хозяина мои слова понравились, а он всего не понял, потому и счастливый человек.

40

Весь день город работал только на вход. Конные патрули следили, чтобы никто не выбрался за его пределы. Жители не понимали, что происходит, но поскольку их не грабили, терпели молча. Не все, правда. Кое-кто пытался скандалить у ворот. Там стояли валлийцы, которые в большинстве своем просто не понимали, что им говорят англосаксы. Когда крикун надоедал, его били древком копья. Кое-кто знал лазейки, благодаря которым можно незаметно выбраться из города. Двоих поймали конные валлийцы, основательно избили и, протащив по улицам, бросили на центральной площади в назидание другим. Граф Честерский что-то пообещал засевшим в крепости, и они сидели тихо, не дергались. Сам он расположился в доме епископа, своего старого знакомого. Его солдаты нарубили деревьев и наделали из них рогаток — препятствий из наклоненных колов, которые попрятали во дворах на улице, ведущей к замку.

Когда солнце присело на горизонт, в город прискакали трое рыцарей. Они направились прямо к графу. Поскольку прибыли с юга, значит, с вестью о приближении жертв. И сразу все задвигались. Караул валлийцев у южных ворот сменили копейщики графа, более похожие на местных стражников. Они даже взяли копья убитых.

Я расположился вместе со своим отрядом в надворотной башне. Восемь человек стояли у ворота, чтобы быстро поднять мост, двое — возле заградительной решетки, а остальные прятались в караульном помещении, чтобы потом занять места на стене. Вместе с нами был тот самый «благородный» рыцарь с усталыми глазами. Он знал принца Шотландского в лицо.

— Давно служишь графу? — спросил его.

— Почти всю жизнь, — сказал он с грустной улыбкой.

— Есть манор? — поинтересовался я.

— Нет, — ответил он.

Тему эту он не стал развивать, а я не напрягал. Может, его устраивала жизнь на всем готовом и без лишних хлопот. Мне рассказывали, что некоторые рыцари отказывались от земель. При сеньоре жизнь спокойнее и веселее. В маноре, особенно зимой, волком завоешь от скуки.

Кстати, прошлой зимой мне пришлось устроить загонную охоту на волков. Они зарезали четырех овец. В отместку одним прекрасным днем, когда в кои-то веки выглянуло солнышко, жители Морской и Лесной охватив полукругом места, где водились волки, пошли по лесу, звеня посудой, крича и трубя в рога.