Морской лорд. Том 3

22

Через две недели после Рождества я поехал в Коимбру засвидетельствовать свое почтение королю Афонсу, узнать его планы на остаток зимы и представить рыцарей, готовых служить под его чутким руководством. Осберн и другие бывшие пленники неплохо обогатились во время рейда. Они оплатили свое оружие, доспехи и данного мною коня и даже прикупили по вьючной лошади. Те, кто приплыл сюда со своим конем и оружием, позволили себе улучшить и то, и другое. Некоторые купили не только вьючную кобылу, но и запасного боевого жеребца. Теперь у них были средства для содержания оруженосца и слуги. Ничто так не делает человека богатым, как наличие прислуги."

"Король Афонсу принял меня в небольшом помещении, напоминающем келью. Находилось оно рядом с приемной, вход был завешен плотной черной материей, поэтому я раньше не обращал на него внимание. Там были узкий стол, покрытый темно-красным лаком, с левой длинной стороны которого была ниша в стене, образующая места для сидения, застеленная ковриком, на котором лежали три красно-синих подушки. С правой стороны стояла деревянная лавка, тоже, судя по количеству подушек, рассчитанная на трех человек. Возле дальнего торца был стул с высокой резной спинкой, похожей на ту, что имел трон. Этот стул занял король Афонсу. В нише сели архиепископ Паю Мендиш и коммодор тамплиеров Жан де Вимьер, а на лавку – Фернанду, внебрачный сын короля, – крепкий хмурый двадцатилетний юноша с цепким властным взглядом, – сенешаль Родригу де Коста и я. За последнее время португальцы пообзавелись дорогими украшениями. У архиепископа был новый крест с алмазами в перекрестье и на концах, висевший на довольно красивой золотой цепочке. Коммодор тихо барабанил по столу пальцами правой руки, на среднем и безымянном которой появилось по золотому перстню с овальными изумрудами сложной огранки. Сенешаль на левой руке носил золотой браслет в виде змеи, у которой вместо глаз было по рубину. Сын короля медленно перебирал четки из черных агатов, разделенных золотыми бусинами. У короля на груди висел на такой же цепочке, что и у архиепископа, новый золотой медальон с эмалевым гербом Португалии. Захват Сантарена, Лиссабона, Палмеллы, Синтры, Алмады и прилегающих к ним земель хорошо поправил экономическое состояние короля и его окружения.

Впрочем, тамплиеры и раньше не бедствовали. Они стали банкирами и ростовщиками всей Европы. Раньше ростовщиками были только иудеи, но Папа Римский разрешил Ордену тамплиеров заниматься грязным делом ради святых целей. Они быстро создали банковскую сеть во всех странах, где имелись отделения Ордена. Давали кредиты под высокий процент и брали деньги на хранение, выписывая взамен векселя, которые за небольшую комиссию можно было обналичить в любом отделении «банка».