Сокровище морского дракона

— Спасибо, госпожа. — Гангеретта поклонилась, вернула свадебное платье на кресло, где оно до этого лежало, и отправилась к себе в смежную комнату.

Я еле сдержалась, чтобы тут же не вскочить и не забрать из карманов компрометирующие флаконы. Досчитала до ста и лишь потом тихо, как мышка, прокралась к креслу. Если вопрос о том, куда положить пустой флакон у меня не возник — в то самое голубое платье, которое я приглядела себе ещё с утра, то касаемо второй бутылочки возникли сомнения.

Это зелье очень опасно, не дай Бог кто увидит! И в то же время избавляться от него, вылив в отходы — жуткое расточительство. Мало ли, вдруг оно понадобится — нам ещё как-то отсюда надо бежать. Ладно, уберу в свой саквояж, только сначала платочком оберну.

Эх, как там Карвел? Отошёл уже от зелья или нет? Надо бы попробовать связаться с ним по мыслеречи, если нам, конечно, позволит расстояние.

Ладно, не буду унывать, в конце концов, его так сильно накачали, что он может и до утра приходить в себя, поэтому надо обязательно выспаться, чтобы завтра встать пораньше и не пропустить процедуру с зельем.

Легко сказать — трудно сделать. Я так взбодрилась из-за флаконов, что пришлось считать драконов. Раз дракон, два дракон, три…

Я качалась на мерных волнах океана, тёплые воды обволакивали тело, чьи-то руки поддерживали, чтобы не пошла ко дну. Ласковые прикосновения ладоней будоражили девичьи чувства, горячее дыхание опалило ухо.

— Красавица моя, — проговорил чей-то голос.

Он был таким глубоким, таким красивым, что я его ничуть не испугалась. Как и прикосновений, ведь они ощущались как нечто родное.

— Посмотри на меня, — попросил меня голос.

Я подчинилась ему, повернула голову, отчего волосы тут же прилипли к спине, но до них ли мне было? Пред моим взором предстал мужчина: огромный, крупнее Урлуха, его обнажённый торс тут же вызвал румянец смущения. И, тем не менее, я не опустила глаз, напротив, подняла взгляд выше и окончательно обмерла. Лицо казалось высеченным из камня каким-то гениальным скульптором — настолько оно было идеально. О том, что это живой человек, свидетельствовали его слегка розоватые губы и ярко-синие глаза. Они завораживали, погружали в сладкий транс, обволакивали негой.

— Я люблю тебя, — произнёс этот невероятный мужчина самые заветные в жизни любой девушки слова. — Ты — моя истинная пара.

Я открыла было рот, чтобы спросить, что же это значит, но мне не позволили. Прервали вопрос самым сладким образом, приникнув к моим губам. Я вздрогнула, по телу тут же поскакали мурашки, а когда его горячие руки прижали меня к не менее горячему телу, то они и вовсе взбесились.