Морозов. Книга 6 [СИ]

Мы добирались до него не особенно долго, учитывая, что пробки удалось объехать на мотоциклах.

У реки растянулся длинный деревянный сруб с высокой стрельчатой крышей, над коньком которой реял стяг дома Шереметьевых. Двери из парных выходили на реку и над водой виднелись небольшие мостки. На первый взгляд охраны тут не было. Не сразу я заметил праздно шатающихся по территории крепких ребят, которые время от времени переговаривались по рациям.

— Не знал, что семья Алины владеет таким местечком, — удивился я, когда мы поставили транспорт на парковке.

— Она никогда не звала тебя в бани своего брата? — мой друг сделал удивленное лицо.

Я сбился с шага и посмотрел на Пожарского с недовольством.

— Ты же знаешь, что он был не особенно рад, что я оставил его сестру в твоей деревне…

— После того как вы провели вместе ночь, — продолжил Иван и хитро улыбнулся. — Об этом знают все. Как и о том, что между вами не произошло ровным счетом ничего компрометирующего. Ты должен быть благодарным за это Марье, которая пустила слух, что Алина выставила тебя за порог, чтобы сохранить свою честь от возможных посягательств темного опасного ведьмака.

— А темный оказался достаточно благородным, чтобы рвануть в Бергардовку и доказывать, что он реальный ведьмак, а не просто так носит меч.

— Косу, — автоматически поправил я парня.

— Ты начинал с меча, насколько я помню. Но коса у тебя и впрямь шикарная. Где ее только откопал твой куратор?

— Это настоящее оружие, — ответил я. — Оно принадлежало моему дяде.

— Ты ведь не шутишь? — пораженно ахнул парень. — Я думал, что это реквизит. Ты, получается, ею сражаешься? И тебе позволил Синод взять оружие темного?

— Ваня, ты мне иногда кажешься таким серьезным, а потом выдаешь такое.

— Синод позволил мне взять оружие моего предка? Ты всерьез считаешь, что они могли бы запретить мне выбрать себе оружие?

Вышло немного грубовато, но я ничего не смог с собой поделать.

— Все знают, что Александр был…

— Темным, — перебил его я. — Таким же, как и я.

— Конечно, нет, — княжич нахмурился. — Ты другой.

— И в чем, по-твоему, наши отличия?

— Александр убивал людей. Он прошелся по семьям ведьмаков и вырезал пару десятков наших.

— Своих, — поправил я парня. — Он наказал своих врагов. Тех, кого до того считал друзьями и коллегами. Александр перебил тех, кто убил его семью. И ты считаешь, что он был не в своем праве? Как бы ты поступил с теми, кто посягнул на твою семью?

— Если бы кто-то посмел убить Марью?

Глаза Пожарского полыхнули злобой. Он резко ухватил меня за плечо и развернул к себе.

— Даже в шутку не смей говорить такого.

— А моему дяде этого не сказали. Его вчерашние приятели пришли в его дом и убили жену и детей.