Морозов. Книга 3

Мне на мгновенье померещилось, что девичье лицо стало жестким, испещренным глубокими морщинами на потемневшей коже. Но когда девица растянула тонкие губы в улыбке. Блеснули острые зубки и морок спал. Она вновь была молодой."

"Катарина была облачена в тесное черное платье с затянутой на груди шнуровкой. Ведьма сидела за столом, на котором стояло несколько черепов. Часть которых явно были настоящими из желтоватой кости, а пара из матового стекла, самый маленький был из мутного зеленоватого нефрита. Ведьма закинула ногу на ногу, продемонстрировав шелковый чулок и туфельку с высоким каблуком. И я заметил, как странно девушка взглянула на закреплённую за спиной косу. Но промолчала. Только загадочно улыбнулась.

""Хитрая баба. Поняла, что я за тобой присматриваю. Но антимагу не сдала"", — прокомментировал это Александр.— Прошу вас, проходите, -

Катарина указала на свободные кресла.

Я прошел к столу. Виктор последовал за мной.

— Ну, мальчик, — Катарина взглянула на меня. — Вы готовы?

Я кивнул, и гадалка улыбнулась. Взяла бутылку рома, которую Виктор поставил на стол. Открутила пробку, щедро полила один из стоявших на столе черепов. Взяла коробок спичек, вытащила одну, подожгла ее. Коснулась спичкой черепа. И его окутало синее пламя.

— Готов к встрече с владыкой перекрестков? — хитро уточнила она и я кивнул.

Гадалка закрыла глаза. Подняла к потолку руки и принялась читать что-то на гортанном наречии. А пламя черепа сменилось на зелёный. Череп взлетел над столом, и в глазницах вспыхнул багровый огонь. А затем он щёлкнул челюстями, и в воздух взвилось облачко зелёной пыльцы. И кресло подо мной закрутилось, проваливаясь в черную пустоту.

* * *Я сидел за столом какой-то забегаловки. Заведение было неуютным. Старый дермантин обнажил жёлтую вату, служащую мебели набивкой. Пол покрывал истертый до дыр, потрескавшийся линолеум.

Вместо привычной яркой раскраски помещения все вокруг было будто бы выцветшим. Даже меню, которые висят возле касс, были выгоревшими. Так, что и строчек было не рассмотреть. Лишь два слова были видны четко: блюдо дня.

Кассы пустовали без продавцов. Да и на открытой кухне не было видно обслуживающего персонала. Печи были выключены, а на огромных лотках с невысокими бортами, где обычно лежит приготовленная продукция, было пусто.

Кафе было практически пустым. Только в углу, за одним из столов, сидело двое: коротко стриженный светловолосый парень в тюремной робе и мужчина, одетый по моде итальянских гангстеров 30 х годов. И как я не силился — так и не мог понять, что связывает этих двоих.

За их спиной на стене висело большое табло. И я покосился на экран, на котором мерцали строки:

“Хэппи. Город Мечты. Убит в драке в тюремном дворе. Статус: ждет перевода в новую зону”.

“Фибоначчи, Город Мечты.