Мороз.К.О. - мэр Елкино (СИ)

Раз за разом Мандаринка кончала от моих пальцев и нашептывала мое имя.

Все эти: «Костя-я-я, Ко-о-о-остя, Констан-тин А-а-ах-легович».

Это пиздец как сексуально.

Во вторую ночь едва я всей своей массой водрузился… а это было сделать непросто — все мышцы в теле, кроме той, что между ног, отказали. Так вот, только я водрузился на соблазнительное, гибкое тело и уже почти ввинтил в него свой флаг до самого основания, как в комнату залетел… Тигран. С диким ревом оттого что ему посмел присниться плохой сон.

— Тигран!!! — проорали мы с Никой друг другу в лицо.

Быстро скатившись на свою половину кровати и нацепив на задницу трусы, я долго слушал, как Ника успокаивала мелкого засранца и, пожалуй, именно в тот момент осознал, что она будет идеальной матерью.

Доброй, заботливой, понимающей. А если заболеют, легко укол впендюрить сможет. Есть небольшие погрешности в виде свежих огурцов в оливье, но это мы истребим своей советскостью.

Только вот проблема: Солнцевой, в отличие от девяноста восьми процентов женщин на земле, дети не нужны.

У нее мед-а-ка-де-ми-я!

Куда там маленьким Ко-о-о-остикам? Ладно хоть целуемся без презервативов…

— Кстати, как твоя акрофобия? — спрашивает она, поджимая правую ногу под себя.

То и дело Нинку с ее внушительными буферами вспоминает. Дурочка!..

— Дрянь… — усмехаюсь, переключая скорости и перемещая ладонь на острую коленку."

"С утра Ника вырядилась в обтягивающие черные легинсы, длинную рэперскую толстовку и шапку. Завершают этот раздолбайский ансамбль высокие белоснежные гольфы с кричащей надписью «Молодая красивая дрянь», поэтому на мою реакцию не обижается.

— И как там Альберт, интересно? — вздыхает.

— Что с ним будет?

— Я переживаю. Он ведь совсем один…

За сову переживает.

Ну не мило ли? И кто из них хищник?..

— Закину вас домой, а сам в магазин поеду, — говорю, заворачивая теперь уже к дому. — Иначе с вами разоришься…

— Подумаешь. Я просто люблю, когда вкусно.

«Подумаешь», — хмыкаю про себя.

Откуда вообще у обычной медсестры такие вкусовые пристрастия? Швейцарский шоколад, бутерброды с икрой?..

— А это еще кто? — морщусь, разглядывая два черных тонированных джипа перед своим домом.

Из автомобилей со всех сторон на улицу выбираются бритоголовые братки. Если быть точнее, то из каждого по четыре.

Итого восемь.

— Что за маскарад? — усмехаюсь. — Новогодние елки вроде бы закончились.

— Костя, — говорит Ника сдавленным шепотом и хватается за мой локоть. — Поехали отсюда, пожалуйста.

Лева с Тигрой вскакивают со своих мест и тоже пялятся в лобовое стекло.

— Куда поехали? Мы — дома.

— Куда угодно, — снова начинает тараторить. — В город, обратно в горы, куда хочешь!.. Костенька, пожалуйста.

На ее лице волнами гуляет страх.

— Эй-эй, — хмурюсь, накрывая ладонью шелковистые волосы.