Моров. Том 5 (СИ)

Некромант взлетел в воздух на несколько метров, избегая моего огня, и активировал свои заготовки. Со всех сторон вокруг меня вспыхнули приведенные в действие печати.

Арсенал мага смерти впечатлял. Только первый десяток снарядов я принял на щиты, а затем пришлось втягивать в себя огонь, чтобы не тратить резерв попусту.

Некромант тут же опустился на крышу, все же поддерживать левитацию — неимоверно дорого по магии. И если бы не внушительный резерв, который поляк сохранял для этого боя, он бы уже выдохся.

Без слов он вновь атаковал. Сотня золотых лучей ударила со всех сторон по мне, нагревая организм изнутри за счет перегруза защиты. Я не стал уворачиваться и убегать от чужих печатей — это было бесполезно. А потому ударил в ответ.

Вокруг меня вспыхнула сфера, сложенная из изумрудных гексагонов. Она приняла на себя основной ущерб от первого залпа, и я ударил пяткой трости по крыше. Черные тени выскользнули из места удара, устремившись к врагу. Некроманту пришлось уйти в глухую оборону, накладывая на каждую контрзаклинание.

И этого времени мне хватило, чтобы добраться до него практически вплотную. Поляк сорвал с шеи амулет и швырнул мне навстречу. Яркая вспышка ударила по моим глазам, а некромант, выхвативший из рукава левой руки острый стилет, нанес несколько ударов по моей сфере.

Защитная печать растворилась в воздухе, и следующий удар колющего оружия пришелся мне в грудь. Ткань разошлась, пропуская клинок, но укрепленная магией кожа выступила непреодолимым препятствием.

— Курва, — выдохнул маг смерти, уже осознав, что его артефакт не сработал.

А я усмехнулся и, коротким тычком набалдашника в лицо отогнав противника, тут же шагнул вперед.

Наверное, это даже немного смешно, но ценный артефакт стоимостью в несколько миллионов я использую в качестве дубины. Но главное — эффективность.

Несколько ударов по конечностям, и некромант осел передо мной на колени поломанной куклой. Глядя на меня с ненавистью, маг смерти приготовился к собственному концу."

"— Давай же, убивай! — выкрикнул он, видя, что я не спешу наносить последний удар.

Я улыбнулся снова и… усыпил его.

— Потом поговорим, — произнес я, доставая телефон из кармана. — Антонина Владиславовна, у меня есть один живой главарь террористов. Хотите?

Конечно, формально операцией руководит Легостаева, но именно Жданова меня позвала. Так что перед Варварой Константиновной отчитываться я, разумеется, мог бы, но это делало бы ее моей должницей. Совсем другое дело — отношения между учителем и ученицей.

— Мы заходим, Иван Владимирович! — ответила Антонина Владиславовна, и я положил трубку.

Лежащий у моих ног некромант застонал во сне, и я снял с него шлем.