Моров. Том 5 (СИ)

Были выявлены нарушения в трех заведениях. Одного директора повесили, еще несколько человек сидят под замком, ожидая суда. В детских домах, курируемых дворянскими родами, пока что все было отлично. Во всяком случае, никого пока что не наказали.

Варвара Викторовна продолжала светскую жизнь, регулярно организовывая балы и увеселения для благородной молодежи. Очередной отчет с мероприятия прилагался. И как самая молодая среди правящего рода, наследница покровительствовала учащимся. Выделила из личных средств стипендию для одаренных студентов, награждала победителей олимпиад и оплачивала обучение в университетах для медалистов.

Звучит все это замечательно, конечно. Но я, кажется, уже никогда не буду особо верить Романовым. Не после той резни, что произошла у них в роду за право посадить свой зад на трон.

Администратор направился к двери, но выходить на этот раз не стал. Одно дело приветствовать хозяина, другое — гостей. Так что, распахнув створку, он поклонился вошедшей девушке.

Когда был откинут отороченный мехом капюшон, а сама шуба легла в руки сотрудника ресторана, моя гостья тряхнула головой, распуская волосы, и с улыбкой на лице двинулась в мою сторону.

Поднявшись со своего места, я убрал телефон в карман и, улыбнувшись в ответ, взял ее за руку.

— Добро пожаловать, Мирослава Анатольевна, — произнес я.

— Спасибо за приглашение, Иван Владимирович, — улыбнулась в ответ Герасимова. — Хотя, признаюсь, я была удивлена, когда отец сообщил, что у меня назначено с вами свидание.

Я повел рукой над накрытым столом.

— Свидание — это громкое слово, я всего лишь предлагаю разделить со мной ужин."

"За все приходится платить. В том числе и за то, что Герасимов поднимет все связи, лишь бы найти для меня документы по прошлой войне. Да, сведения оказались далеко не полными, однако слово нужно держать.

— Ужин — это хорошо, — с явным облегчением выдохнула Мирослава Анатольевна.

Сама она не принадлежала к той части девиц, которые рвались ко мне если не под венец, так хотя бы в постель. Однако ее отец всерьез рассчитывал породниться. А потому каждый раз делал намеки, подстраивал встречи.

Ну, или как сейчас, предлагал нам провести время вместе.

Я помог Мирославе Анатольевне сесть и вернулся на свое место. Рядом мгновенно оказался администратор, принявшийся рассказывать о приготовленном для нас угощении.

Я молчал, наблюдая за тем, как дочь Герасимова кивает в такт озвученным названиям блюд. Сам я, конечно, гедонист, однако высокая кухня не для меня. Большую часть слов я даже понять не пытался. А вот Мирослава Анатольевна, похоже, разбиралась.

Наконец, нас оставили наедине.

— Вина? — предложил я, указывая на стоящую в ведерке со льдом бутылку.

— Будьте так любезны, — улыбнулась девица.