Моров. Том 4 (СИ)

Не эти убийцы, так другие, но своего мои враги все равно добьются.

Со сторон может показаться глупостью, что человек его уровня пошел на такой поступок, но… Дворянство поколениями борется с правящим домом за власть. И далеко не одно поколение благородных семей воспитывалось и воспитывается до сих пор с мыслью, что император — всего лишь первый среди равных, а значит, может и уступить трон более достойному. Естественно, на роль достойно каждый примеряет себя самого.

Тем более в деле со мной у Худякова был огромный личный интерес. Ведь в глазах Артема Михайловича именно я был виновен в том, что случилось с секретарем министра внутренних дел Российской Империи. Недаром он произнес ту фразу про взятки — если все так делают, почему под колеса государственной машины правосудия попал именно Горшков?

Так что когда появился повод мне отомстить, Артем Михайлович им воспользовался.

Да, он рисковал, но именно поэтому отправил против меня не наемников, не бандитов из трущоб, как поступали до того другие дворяне, а собственную дружину. Серьезных и опытных боевых магов, которые многих даже сильных дворян смогли бы растоптать. К тому же с такими артефактными гранатами у них имелись все шансы выйти победителями.

Да что там говорить, даже первого снаряда бы хватило, не умей я того, что умею.

Худякову просто не повезло.

Однако стоит заметить, что байка о том, что свои знания я получил на алтаре кровавого культа, запущенная последним государем, проросла в обществе и укрепилась. Теперь уже не важна никому правда, все и так знают, что Морову просто повезло.

Императору было выгодно поддерживать эту легенду. И он приложил все силы, чтобы общество верило в нее сильнее, чем дети в Деда Мороза. Потому что она была удобна, все объясняла и вписывалась в парадигму мышления здешних чародеев.

Ведь все они на протяжении столетий собирали свои архивы с заклинаниями, а потому точно знали, какие чары существуют, а какие — нет. А раз эти многоопытные мужи не знают заклинаний, откуда о них будет известно вчерашнему мальчишке? Нет таких чар, а следовательно, и Моров ничего нового показать не сможет. Ну, пара-тройка новых заклинаний, но на этом — все.

Собственная ограниченность еще долго будет отравлять мозги земным магам. Инерция мышления, заставляющая их работать с упором на стихийные чары, так просто не искореняется.

— Мне доложили, что вас пытались остановить, перед тем, как ты поехал навестить Худякова, — сменив тему, произнес Виктор Константинович. — Кто это был?

— Моя ученица, — пожимая плечами, ответил я.

Великий князь усмехнулся.

— И правильно сделала, Иван Владимирович.

Я приподнял бровь, а он продолжил:

— Вы сами сказали, для обучения государевых магов у вас ничего не готово, — напомнил он.