Моров. Том 4 (СИ)

И если я раньше подумал, что чародейка была пунцовой, то ошибся. Вот сейчас она окончательно походила на свеклу. Рыжие девушки вообще легко краснеют, но надо признать, выглядела она при этом все так же красиво.

Я перевел взгляд на Большакова, а тот смотрел на тестя с осуждением за прямоту, но все же ответил:

— Евгений Игоревич, не торопи события, — произнес он. — Очевидно же, что Иван Владимирович пока не стремится обзаводиться семьей.

— Это верно, — подтвердил я, сделав глоток кофе. — Хотя мне поступают предложения от разных благородных семей, пока что мне не приходило в голову соглашаться.

— И это правильно, — поддержал меня Евгений Игоревич. — Молодость дается человеку лишь раз. И даже с вашим волшебным омоложением, Иван Владимирович, человек все равно взрослеет. И то, что казалось интересным в двадцать, в пятьдесят уже видится иначе. Помню я себя в вашем возрасте…

Он замолчал, погрузившись в воспоминания, Кристина Гордеевна посмотрела на деда с осуждением. Но повернулась ко мне и спросила:

— Но почему, Иван Владимирович? — озвучила она вопрос. — Я ни за что не поверю, что вы не спешите найти супругу, потому что желаете увеселений с дамами без обязательств.

Я кивнул и улыбнулся. Отставив чашку с кофе, сложил руки на столешнице и заговорил:

— Многие почему-то считают, что раз я один, значит, это я к ним присоединюсь. Но при этом весь род таких хитрецов почему-то считает, что стоит хотя бы ногтя на моем мизинце, — произнес я.

Гордей Егорович посмотрел на меня с удивлением. Старик вновь одобрительно хмыкнул.

— А это, разумеется, не так, — поддержала меня Кристина Гордеевна.

— Я объективно сильнейший чародей Российской Империи, и могу себе позволить перебирать, — пожал плечами я. — Моя уникальная осведомленность о законах магии превращает меня в настолько уникального специалиста, что прошлый император даже решил создать академию лишь для того, чтобы я в ней преподавал. Я за несколько месяцев заработал больше, чем очень многие благородные фамилии за год. Так что и с деньгами у меня все в порядке. К тому же я молод, хорош собой и происхожу из достойнейшей фамилии верных Российской Империи дворян. Что касается связей, то мои знания позволяют мне оказывать услуги очень многим, — кивнул я в сторону собеседницы. — Помимо этого я создаю артефакты, которые вряд ли кто-то в обозримом будущем сможет повторить. Из чего следует, что, заключая брак с благородной девицей, я скорее получу обузу в виде врагов или просто недоброжелателей ее рода, чем какую-то пользу. Враги мои долго не живут, как верно заметил Евгений Игоревич, а с недоброжелателями я могу просто не работать.