Народы моря

Одна сторона проходила по границе лигурийского капища, так что одна стена у нас будет общая. Стены дворца и храма, идущие по краю холма, будут частью городской крепостной стены.

Глава 81"

"Я заметил, что мне надо года два, чтобы привыкнуть к новому жилью, признать его своим. До истечения этого срока мне кажется, что жилье временное, скоро переезжать. Впрочем, живу я пока в захваченном доме, жду, когда достроят дворец. Работы на объекте кипят. Зимой на нем трудилось всего два десятка человек, а весной подвезли рабочих строительных специальностей, собранных со всего побережья Эгейского моря и немного с побережья Средиземноморского. Весть о том, что я плачу щедро, даю возможность поселиться на новом месте любому работяге, кто пожелает, и даже обещаю первые три года не взимать налоги, разлетелась по всей ойкумене — и народ потянулся. Кого-то привезли мои суда, кто-то добирался на купеческих, которые возили нам продукты питания, тягловый скот и все, что заказывали, обменивая на железо и изделия из него.

Оказалось, что жители Пуплуны перебрались на остров Эльба. Были уверены, что мы — народ сухопутный, там их не достанем. Еще и как достали. Когда к Пуплуне приплыли мои суда, первым делом после их разгрузки мы смотались на остров и навели там, так сказать, конституционный порядок. Аборигены сперва удрали от нас в горы, а после переговоров вернулись в свои поселения, согласившись жить под нашей защитой. С тех пор всё железо, добываемое на Эльбе, шло в Пуплуну, где обменивалось по твердой ставке, не настолько выгодной для лигуров, как при прямой продаже иноземным купцам, но и не за бесценок отдавали. Взамен получали зерно, вино, ткани и другие предметы роскоши, привозимые из Милаванды и Апаши. Торговля с приезжими купцами готовыми изделиями из железа шла только через пуплунских, чему научил меня опыт Нарвы. Несколько семей лигуров переселились на материк. Правда, им пришлось строить себе новые дома, потому что старые были заняты мигрантами.

Пуплуна, как и остальные одиннадцать новых городов, строится по моему плану. Улицы идут строго с севера на юг и запада на восток, деля город на кварталы. Дома разные, как по площади, так и по этажности. Вокруг центральной площади, которая перед моим дворцом и храмом богу грозы Тешибу, двухэтажные и с большими дворами, а на окраинах одноэтажные и маленькие. Кузницы тоже на окраинах. Хетты оказались более искусными кузнецами, чем аборигены. Несколько лигуров даже устроились к ним подмастерьями, чтобы перенять опыт. На всякий случай я приказал присматривать за ними. Мало ли, вдруг это шпионы?

Пока еще горожане делятся на хеттов (несилли), ахейцев, дорийцев, лигуров, но я настойчиво вбиваю им в головы, что отныне мы все — другой народ, имя которому россияне, русские.