Народы моря

Купец Тушратта поделился со мной новостью, что с месяц назад в тех краях было землетрясение, докатившееся слабыми толчками и до Милаванды, которое частично обвалило крепостную стену Угарита на северной стороне холма. Ее сразу начали восстанавливать, но работы не на один месяц.

— Я пойду далеко на восход солнца к богатому городу. Какому — скажу только, когда приблизимся к нему. Что знают двое — знают враги. Переход будет долгим и трудным, но и добыча богатой, — поставил я в известность дорийца.

— Мы пойдем с тобой, — не раздумывая, согласился Пандорос.

— Тогда нам надо будет изготовить кое-какие приспособления и научить пользоваться ими всех, кто примет участие в походе, — выдвинул я условие. — Твои люди согласятся учиться?

— Если надо для дела, согласятся, — ответил он.

— Завтра с утра займемся этим, — решил я.

— Желательно бы поскорее приготовиться, а то у нас кончаются запасы продуктов, — сказал дориец.

— Я прикажу выдать продукты твоему отряду и остальным, кто пойдет с нами, так и передай им, при условии, что не будете воровать у наших крестьян, — предложил я, потому что мне доложили, что участились случаи пропажи скота у крестьян. — Рассчитаетесь после раздела добычи.

— Мы сами хотели предложить тебе дать нам в долг, — поделился Пандорос.

На следующее утро начали заготавливать лес и делать лестницы, большие щиты, тараны и толленноны. Последние действовали по принципу колодезного «журавля», доставляя в корзине или на платформе на крепостную стену группу воинов или поднимая несколько лучников выше стены, чтобы могли сверху обстреливать защитников. Такого местные еще не знали. Когда был изготовлен первый, посмотреть на испытания собрался весь город. На платформу с бортами метровой высоты посадили для начала всего одного воина-добровольца, позарившегося на серебряный кедет, обещанный мной. Вызвала удивление и крики восторга легкость, с которой три человека подняли платформу выше стены, а потом еще два, повернув рычаг с помощью бокового каната, переместили ее так, что оказалась над сторожевым ходом, на который и была опущена слишком быстро, но, к счастью, доброволец не пострадал. Сразу появилась масса желающих прокатиться на «этой штуке», которую, не мудрствуя лукаво, назвали «журавлем». Неделю я гонял на стены Милаванды воинов с лестницами и под прикрытием лучников, спрятавшихся за большими щитами, заставлял подкатывать тараны и раскачивать бревно с тяжелым тупым бронзовым наконечником, управляться с «журавлем», сражаться строем «клин» и «фаланга», а не толпой, как они привыкли. К вопросам боевой подготовки все относились серьезно. Если кто-то пытался сачкануть, свои же и наказывали. Понимали, что приобретают навыки, которые помогут победить и захватить богатую добычу.