Народы моря

Зная аллергию греков на пунктуальность, я приготовился дышать сигаретным дымом еще с час или больше, но буквально минут через пять — мы с хозяином крюингового агентства успели только обменяться парой ехидных замечаний в адрес турецких моряков — входная дверь, резко открывшись, долбанула меня по ногам. В комнату влетел худощавый грек среднего роста и с далеко не средних размеров орлиным носом. Казалось, обязательно заденет кого-нибудь из нас носом, если будет вертеть головой. Дальше говорил только Иероним Эксархидис, и за нас двоих тоже. На смеси греческого и английского. Греческие слова я понимал чаще, чем английские. При этом судовладелец так размахивал руками, что разогнал дым в коморке на радость мою и вентилятора, который сразу перестал жалобно скрипеть. Я узнал, что в Греции пешеходы такие же бараны, как и в России, погордился нашими гаишниками, которым, оказывается, далеко до греческих бандитов и грабителей в полицейской форме, ужаснулся росту цен на бензин и вообще на всё, присоединился к проклятиям в адрес жары… За те минут десять, которые Иероним Эксархидис провел в каморке, я услышал много чего, кроме вопросов по работе.

— Как тебя зовут? — спросил он перед уходом.

— Александр, — ответил я и по примеру хозяина крюингового агентства добавил: — Фамилию все равно не выговорите, а если выговорите, то не запомните."

"— Имя и фамилию надо иметь запомниающиеся. Вот моя фамилия полностью соответствует мне! — похвастался он, после чего махнул в воздухе правой рукой, кинул итальянское: — Чао! — и стремительно вылетел из коморки.

Мы с тезкой пару минут помолчали, словно ждали, когда опадут слова, произнесенные Иеронимом Эксархидисом, и помещение наполнится сигаретным дымом.

— Его фамилия значит «начальствующий», — объяснил хозяин крюингового агентства на английском языке.

Мне было до задницы, что она значит, потому что решил, что пролетел в очередной раз, и собрался отправиться на свое судно, чтобы отдохнуть от дыма и завтра с новыми силами посетить еще несколько агентств.

— Когда сможешь приступить к работе? — спросил тезка.

— К какой работе? — не понял я.

— На контейнеровозе Иеронима, — ответил он. — Судно хорошее, без проблем со снабжением и работает по месту, за Суэцом и Гибралтаром редко бывает.

— Так он что, согласен меня взять?! — удивился я.

— Да, — подтвердил тезка. — Иначе бы не спросил имя.

Ошарашенный таким оригинальным собеседованием, я сказал, когда смогу прилететь на судно, сократив предстоящий отпуск до пары недель и позабыв уточнить зарплату. Я указал в апликашке среднюю по этому региону и получил именно столько.