Мистер Морг

Мало-помалу его пронзительный визг утих.

— Он со мной, — сказал Мэтью содрогнувшемуся Тому и не узнал собственного голоса, как будто это говорил кто-то из-за двери, в которую он только что вошел.

Том лишь смотрел на него пустым взглядом.

Странник осторожно шагнул вперед. Потом наклонился и поднял Библию.

— Он мертвый, — сказал Том. Из его рта по разбитой губе и подбородку, словно нитка из разматывающейся катушки, потекла струйка кровавой слюны. Говорил он безразличным, будничным голосом. — Я трогал его. Он мертвый.

Мэтью не мог заставить себя посмотреть на лицо его преподобия, но, взглянув на лицо Странника, понял, как все скверно. Если индейцы вообще способны бледнеть, то этот побледнел. Мэтью увидел в глазах Странника непонимание, выражение ужаса, от которого становилось еще больше не по себе потому, что он не произнес ни слова. На челюсти Странника дрогнул мускул. Он отложил в сторону Библию и поднял глаза — не к Небесам, он смотрел на спальный чердак. Затем подошел к лестнице и полез наверх.

— Тот человек вернулся, — сказал Том. — Тот человек. Сегодня утром. — Он помотал головой. — Вчера. Вышиб дверь. Мы и пошевелиться не успели, как он набросился.

Странник вернулся с тонким синим одеялом и обернул им бесформенную массу, которая недавно была лицом и головой Джона Бертона.

Джеймс снова отчаянно заскулил, и Том приподнял его начавшими опускаться руками.

— Видно… — Том проглотил густую слюну — или кровь. — Видно, у Джеймса спина сломана. Тот человек огрел его стулом. Прямо по спине. Мы ничего не могли сделать.

— Ты давно так сидишь? — спросил Мэтью.

— Всю ночь, — ответил мальчик. — Я не могу… не могу отпустить Джеймса. Видите? Наверно, у него спина сломана. Он так плачет все время.

Странник стоял над трупом. Кружились мухи, пахло кровью, тяжело и резко отдавало смертью.

— Тот, кто это сделал, — не человек, — сказал он.

— Что? — Мэтью не понял — грязь разложения, казалось, помрачила его ум.

Он смотрел на вилы, прислоненные к стене рядом с дверью.

— Ни один человек такого не сделал бы, — пояснил Странник. — Ни один из тех, кого я когда-либо знал.

Джеймс снова громко заскулил. Том чуть приподнял его на руках. Сколько же раз за эту долгую ночь ему пришлось сделать это движение, чтобы держать песика ровно, подумал Мэтью. Руки у мальчишки, наверное, просто отваливаются.

— У него спина сломана, — сказал Том. — Но я его держу. Держу его, все нормально. — Он поднял глаза на Мэтью и улыбнулся растерянной, измученной полуулыбкой, отчего изо рта у него опять потекла кровь. — Он мой друг.

Мэтью почувствовал на себе взгляд индейца. Не желая встречаться с ним глазами, он провел тыльной стороной кисти по губам.