Мистер Морг

Признаться, пусть комкая фразы и путаясь в словах. Он протянул руку и вцепился в рукав своего партнера.

— Хадсон, — начал он таким голосом, как будто его уже почти удавили.

Грейтхаус посмотрел на него, вскинув густые седые брови.

— Послушайте, — продолжал Мэтью. — Нам не нужно туда идти. Я должен вам кое-что…

— Господа, вы идете? — крикнул Морг, прошедший уже ярдов двадцать и замерший в ожидании.

— Спокойно, сейчас. — Грейтхаус говорил приглушенным голосом. — Я с ним справлюсь, Мэтью. Не бойся. Ключ от кандалов остался у меня в кармане. Он выбросил ключ от моей комнаты в пансионе. — Грейтхаус повернул голову в сторону Морга. — Идем, идем! — крикнул он и спрыгнул с повозки в грязь.

Мэтью смотрел, как он спускается по дороге за Моргом. «Сырая погода не очень полезна для пороха». Что верно, то верно. Вот в руке у него пистолет, но, когда понадобится спустить курок, проку от оружия может оказаться как от козла молока. Жаль, что Грейтхаус не захватил с собой шпагу, ей бы никакая непогода не помешала. Придется слезать с повозки и встретиться с тем, что ждет его впереди, придется запихнуть чувство вины поглубже внутрь, туда, где раньше у него было мужество. Неужели он и вправду сам начал верить в эти пустопорожние сказки, печатавшиеся в «Уховертке», о том, какой он герой и звезда? Неужели за время, прошедшее с лета, он успел так низко пасть?

Грейтхаус остановился, чтобы подождать его, а впереди остановился и Морг — его можно было бы назвать убийцей с хорошими манерами.

Когда сапоги Мэтью опустились в грязь, он почти ожидал, что земля сейчас разверзнется под ним, он соскользнет вниз и полетит в беспросветную тьму, где для его утешения в Аду растоплен новый зимний камин.

Он двинулся под уклон, влача невидимые оковы, которые даже самого богатого человека превращают в арестанта.

Идя за Грейтхаусом на расстоянии нескольких ярдов, Мэтью дважды чуть было не заговорил о деньгах профессора Фелла, но оба раза его останавливал внутренний голос, внушавший: «Ты же слышал, что он сказал? Он сказал: „Не бойся“. Здоровяк принял решение, и он тебе все зубы пересчитает, если ты сейчас, в самый неподходящий момент, сообщишь ему, что деньги есть и их хватит, чтобы купить Зеду свободу. Так что удружи самому себе, держи-ка рот на замке».

Мерзкий дождик все не переставал. Они шли сквозь клочья тумана, от которого у Мэтью отнюдь не становилось легче на душе. Туман медленно дрейфовал вокруг них, как будто затягивая в свою туманную глубь, и Мэтью вспомнил о красном сургучном осьминоге и его восьми щупальцах, вытянутых, чтобы захватить мир.