Мертвое море

Все остальное следовало собирать из народного творчества или усиленно занимаясь самообразованием.

Рыжая красавица, замахнувшаяся на покорение здешнего князя, самообразованием занималась. И довольно в этом преуспела. Но все ее знания касались больше живописи, литературы, поэзии, мод и бальных танцев. Все остальное казалось ей лишним и ненужным.

Вот и получалось, что все мои логические цепочки вопросов завершались обязательно тупиком. И приходилось вновь возвращаться к вещам близким, понятным, чтобы, от них уже отталкиваясь, выцарапывать нужную информацию:

– Какой сейчас во дворце самый популярный танец?

– Торинадская мазурка.

– Торинад? Это город такой?

– Нет, что ты! Это плато на востоке от нашего.

– И большое это плато?

– Да вроде как чуточку большее, чем наше…

– Сколько там княжеств и какие?

– Э-э-э… Понятия не имею… А зачем тебе плато Торинад? – начинала недоумевать моя сокамерница. – Какая взаимосвязь между ним и вызовом сюда моей подруги?

А порой и сразу возмущалась, укоряя, что я отвлекаюсь на посторонние темы, в данный момент совсем неуместные. В конце концов я не выдержал и якобы сознался. Хотя и взял предварительно слово меня не выдавать даже под пытками:

– Понимаешь, я сюда попал из места, как бы в шаговой доступности. Но ушел оттуда со страшным скандалом. Меня предала любимая, подставила и чуть ли не убила при этом. Если она узнает, где я, то скорей всего ринется с бандой очень плохих существ в погоню, и они меня попытаются убить. Вот поэтому я и не хочу о себе заявлять во всеуслышание. А желаю выдать себя за путешествующего художника из государств весьма и весьма отдаленных. Желательно, чтобы об этих странах не знал ничего даже главный жандарм княжества экселенс Сток-Лир.

Сюзанна мои проблемы вроде как приняла близко к сердцу. Кажется, вполне искренне вознамерилась помочь мне с созданием соответствующей легенды:

– Даже не знаю, что посоветовать… Всегда путала названия отдаленных от нас плато и не ориентировалась, где они толком находятся. Есть еще какие-то острова, на которых обитают отшельники. Но ни одного названия тоже не помню. Тем более выглядеть будет странно, откуда среди отшельников вдруг появился талантливый художник.

– Ну а есть среди иных княжеств этого плато такое, с которым бы вообще не поддерживались дипломатические отношения? Ну там война, издревле существующая вражда, еще лучше – полная недоступность тех земель?

– Странный ты какой-то, – рассуждала она, всматриваясь в мое лицо. – Если ты жил сравнительно рядом, то и сам должен знать подобные вещи. А то и лучше, чем любая из женщин.

– Ну вот такой я бестолковый! – предался я самокритике, разводя руками в стороны.