Маковое Море

Женщины метались от одного к другому и, тряся ошалевших спутников за грудки, пытались выяснить, что происходит.

— Калуа убил Бхиро Сингха…

— …его же плетью…

— …свернул ему шею…

— …охрана взбеленилась…

Сумбурные сведения очевидцев противоречили друг другу: одни говорили, что Калуа убит, другие — что жив, но избит до полусмерти. Трюм набивался людьми, каждый вновь прибывший что-то добавлял к рассказу, и Дити будто собственными глазами видела, как разъяренные охранники отвязывают Калуа от решетки и волокут по палубе. Капитан с помощниками пытаются их урезонить — мол, они вправе требовать возмездия и получат его, но все должно быть сделано по закону, без линчевания. В ответ обезумевшая свора вопит:

— Нет! Сейчас! Вздернуть его!

Дити почувствовала, как в ней испуганно затрепыхалось еще не родившееся дитя, — ребенок будто хотел укрыться от голосов, требовавших смерти его отца. Зажав уши, Дити упала на руки подруг, которые отнесли ее в свой уголок и уложили на полу.

* * *— Назад, сволочи!

Вслед за окриком мистера Кроула воздух прошил выстрел его пистолета. По приказу капитана помощник целил чуть левее боканцев по правому борту, к которым охранники, намереваясь превратить их в виселицу, поволокли бесчувственного Калуа. Выстрел заставил стражников остановиться, и они, обернувшись, увидели направленные на них три пары пистолетов. Взведя курки, капитан и его помощники стояли плечом к плечу.

— Назад! Осади, кому сказано!

Нынче охранникам не выдали мушкеты, они были вооружены только пиками и саблями. Минуты две тишину на палубе нарушало лишь бряцанье ножен и эфесов — переминаясь, конвоиры прикидывали, что делать.

Позже Захарий вспоминал, о чем ему думалось в ту секунду: если охранники разом бросятся на шканцы, их не удержать, и они, три офицера, после первого залпа станут беззащитны. Мистер Чиллингуорт и мистер Кроул тоже хорошо это понимали, но все трое знали: отступать нельзя — если допустить линчевание, охранники станут непредсказуемы. За убийство субедара кули, безусловно, повесят, но нельзя, чтобы это сделал озверевший сброд. Не сговариваясь, моряки решили: если охрана задумала поднять бунт, подавить его надо именно сейчас.

Битву выиграл мистер Кроул. Облокотившись на поручни, он гостеприимно помахал пистолетами:

— Ну, чего оскалились, чернорожие? Валяйте сюда, поглядим, есть ли у вас яйца.

Даже Захарий не мог отрицать, что мистер Кроул являл собой впечатляющее зрелище, когда, широко расставив ноги, поигрывал двумя пистолетами и сыпал бранью:

— Ну, педрилы! Бляди паршивые! Кому не терпится первым заполучить пулю в манду?

Его налитые кровью глаза не оставляли сомнений в том, что он выстрелит не колеблясь. Видимо, охранники это поняли, ибо понурились и явно утратили боевой дух.