Приручитель женщин-монстров. Том 11

­— Не слишком жестоко?.. — спросила Марина, глядя, как Бульк погружается на дно. Тут же вода стала зеленеть и шипеть.

— Здесь слишком низкая концентрация маны, оно не сможет нанести существенного вреда, но здесь рядом расположены тренировочные полигоны поляков, где обучаются новые солдаты. Работают три пороховых завода и множество складов. А, и ещё есть военный аэродром, — добавил я.

И да, здесь сконцентрировано немало интересных целей, но и защищены они соответствующе. Иначе смысл всё складывать «в одну корзину»?.. Так что в лобовую на них не попрёшь. А вот кислотой…

— Понятно… Теперь домой?

— Конечно же нет. Нам нужно найти, где прячутся крысолюды. Или попытаться понять, что они затевают.

— Как?..

— Увидишь.

Ещё немного посмотрев на озеро, которое постепенно зеленеет, я отправился на юг в сторону Кракова, столицы Речи Посполитой. После монгольских пустошей триста километров пути, прям ни о чём."

"Я бежал по дороге, и благодаря Марине нас никто не видел. Машины спокойно себе ездили, но то тут, то там я замечал следы повреждений. Приручители и Община активно работают во вражеском тылу. Однако мирняк не трогают, поэтому простые люди продолжают работать в полях. И к слову, почти сорок процентов Речи Посполитой заняты сельскохозяйственными угодьями.

Раньше было больше, но из-за стремительной индустриализации обширные земли были либо заняты заводами, либо загрязнены.

В общем, двигаясь по сельским дорогам, мы спокойно добрались до вражеской столицы и обратились людьми. Но Марина всё также поддерживала маскировку. Оттого теперь я был мужчиной за пятьдесят, а она собой, но блондинкой. И с нами шла Мия. В шортиках, футболке, очках и с сияющей улыбкой. И тоже блондинка. Мы вроде как дедушка с дочкой и внучкой…

— Как-то здесь немноголюдно, — подметила женщина, идя со мной по главной улице.

Город же и правда выглядел опустевшим. Не прям что людей нет, но это столица, а не провинциальный городишко, здесь должно быть многолюдно. А тут… Пешеходов мало, пробок нет, а ещё всюду плакаты и баннеры, призывающие идти в армию.

И чего только на них нет. На многих баннерах русских изображают как волков и крыс. Они тянут свои лапы к женщинам и детям, и лишь храбрый польский воин способен защитить их. Поэтому нужно срочно идти на службу, иначе злые русские всех убьют…

Ладно, вру. Всё намного хуже, жёстче, и складывается впечатление будто они воюют с какими-то порождениями ада.

— Люди чего-то боятся и сидят по домам, — ответила Мия. — Неприятный город. Здесь много боли и отчаяния.

— Думаю, многие здесь потеряли мужей и сыновей в войне, — я посмотрел на неё и, держа за руку, повёл дальше. — Война — это всегда страшно. И есть не нулевая вероятность, что эта война будет страшнее «Последней войны».