Приручитель женщин-монстров. Том 11

— Тогда вот вам, лечитесь, и мне нужны тела врагов…

Я вручил ему зелье. Отличное зелье! Целебное… Правда, тот почему-то скривил лицо, глядя на него, но всё же выпил. А затем началась суета.

Этот укрепрайон раньше был нашим. Противник его немного переделал, но всё равно защита от атак с запада у него выше, чем с востока, откуда мы пришли.

Так что укрепрайон начали быстро занимать и укреплять. Здесь находились немалые запасы провизии, боеприпасов, и артефактов прусов. А в блиндажах размешалось около тысячи бойцов. Может, меньше, но народу, мне показалось, здесь была тьма. И лишь окопов да траншей здесь на многие километры. Они так извиваются и закручиваются, что образуют лабиринт.

Часть блиндажей я занял под «луковицы». У меня их много… Люди Белкина по моей просьбе закидывали в эти блиндажи отмарадёренные трупы. Пожирая их, луковицы стремительно разрастались. Росла как сама луковица, так и её корни да стебли. Ну или «усики», кому как нравится. Я не ботаник и плохо разбираюсь в растениях.

Корни ушли в землю, усики вытянулись на поверхность и потянулись во все стороны от укрепрайона. Но пока что растения глупые, они просто действуют согласно инстинктам. Распространяются и поглощают. Так что приходилось держать их в узде и направлять. С чем мне помогали Дриады.

Глаза я открыл лишь через двенадцать часов. Находился я в одном из блиндажей. Здесь жил какой-то командир. Так что и мебель удобная, и ремонт хороший. Ну и Блэр с Евой спят на кровати.

Сами призвались… А Альма? Ага, она уже ушла и перешла границу. Сейчас она находилась в ближайшем лесу и распространяла «саженцы». Отлично. Мы их много набрали прежде, чем отправиться на войну.

Использовать саженцы куда эффективнее, чем создавать лес с нуля. А лес мне здесь очень нужен. Особенно главное дерево, которое возьмёт на себя управление растениями.

Я, к слову, здесь уже закончил. Все корни переплелись в одну систему. Так что этот укрепрайон под моим контролем. Но этого мало, потому что это явно не тот «суперпрорыв», о котором мне говорили.

Потянувшись и похрустев косточками, я подошёл к спящим женщинам и укрыл их одеялом. Но Блэр открыла глаза и требовательно вытянула руки.

Пришлось наклониться и поцеловать её.

— Возвращайся поскорее, мы столько были разлучены с тобой, что чуть не умерли от одиночества, — проворчала беловолосая, смотря на меня жалостливыми глазами.

— Скоро вернусь, — вновь поцеловал её, и та неохотно отпустила меня.

Покинув блиндаж, я посмотрел на небо. Полная луна, видимость отличная. Да и в целом здесь было светло и шумно. Люди работали, укреплялись и занимали блиндажи. Работы было много.

Выбравшись из траншеи, огляделся. Артиллерия утюжила откатившихся назад поляков. Они огрызались.