Монстр из прошлого тысячелетия

— Ты можешь бесконечно долго думать о мироздании, его процессах и прочей чепухе. Но я учу тебя не этому.

— Ты меня ничему не учишь, — оскалился я. — Пойди туда, не знаю куда и принеси то, не знаю что. Это обучение?

— Кто придумал такое выражение? — удивился Зейнал, пока старший поглаживал бороду.

— Не важно, — бросил я.

Ну не рассказывать же им сказку, ей богу.

— Наверное, сильный был боец, мудрый, он бы стал достойным ангелом, — с сожалением сказал Зейнал.

Цивиус подошёл к лежащему стволу и вытянул руку, бревно само прыгнуло вверх, оказавшись в плотных тисках пальцев. Через мгновение оно рассыпалось мелким крошевом, размерами с рисинку.

— Понял теперь? — немигающим взглядом уставился он на меня.

— Плотность… — прошептал я. — Всё дело в плотности.

Мастер вылил чай на едва различимую в траве плитку, которой был вымощен подход к дому и пошёл к себе. Зейнал хмыкнул, округлил глаза и насвистывая сел на место, допивая чай, меня он больше не замечал.

А я так и стоял с открытым ртом. Какова же сила мастера Цивиуса, что он смог так сильно сдавить бревно, больше похожее на камень, что оно рассыпалось. Я дробил один ствол десятком ударов, а тут просто сжать. Надо больше тренироваться.

Развернувшись, направился к лесу, Зейнал только плечами пожал и хмыкнул, продолжая распивать чаи. Кайрон давно уже спал, ему было всё равно. Казалось, что калека давно отчаялся встать на прежний уровень и просто плыл по течению.

Снова таки, что я знаю о том, как отрубают крылья ангелам? Что они при этом теряют? Как себя чувствуют? Может это как-то влияет на управление магией.

Вопросы, одни вопросы. Почему дерево имеет такое сопротивление? Как вообще уплотнение духовного доспеха способно помочь? Может это защита? Но Цивиус явно намекает на обратное.

До самого утра я уплотнял силу до максимума и крушил деревья. Треск, наверное, стоял на всю округу. Но я почему-то не боялся привлечь чьё-то внимание, теперь я и сам чувствовал ту странную энергию, что тут разлита. Неразумный зверь не подойдёт сюда, он не сможет понять, он лишь чувствует след.

Это и стало моей ошибкой. Чуть позже я узнаю о том, как растут звери, как возвышаются и через что проходят. А главное, когда в их могучем теле начинает просыпаться настоящий разум.

А пока я шёл по лесу, тремя точными ударами сваливая могучие деревья, пока не упёрся в стоящих на прогалине наставников, серьёзно смотрящих на меня. Нет, не на меня, а мне за спину.

Я ждал, поняв всё за какие-то доли секунды. Ждал чудовищного рёва, рыка, тяжёлого, как многотонный пресс дыхания. Но первым что я услышал были ритмичные рваные шорохи. Обернувшись, первым что я увидел, были два жёлтых обода, размерами с луну.