Монета Александра Македонского

С посещением Никодима Никодимовича у меня вышел полный облом, потому что вместо симпатичной сестрички из палаты выглянула злобная тетка и рявкнула, что в реанимацию никого не пускают, не положено, и вообще больной спит, так что нечего мне толочься у двери. Еле-еле уговорила я старшую сестру взять на хранение вещи, что принесла, не домой же тащить.

И вот, когда я уныло брела по коридору, не зная, куда податься, меня догнал Роберт.

– Все в порядке! – весело сказал он. – Я был у врача, он подтвердил, что у сестры все будет нормально. Ох, гора с плеч!

Я только вздохнула, и Роберт тотчас же все понял.

– Простите меня, я все о своем! – Он наклонился ко мне.

Его глаза оказались рядом – темные, ласковые. Он положил руку на мое плечо, и от этой руки меня обожгло жаром. Захотелось вдруг, чтобы рядом был добрый сильный мужчина, который взял бы на себя все мои заботы. Хоть ненадолго, на некоторое время, чтобы мне немножко передохнуть…

– Послушайте, Тоня… – тихо сказал Роберт, – а давайте мы ненадолго забудем обо всех наших неприятностях. Как будто их просто нет! И проведем этот день так, как будто мы с вами давно знакомы и симпатизируем друг другу. Нам будет хорошо вдвоем, а все свои проблемы мы оставим за бортом. Честное слово, так будет лучше! Ведь должны же люди когда-то отдохнуть!

Его слова так отвечали моим мыслям, что я вздрогнула. А потом прикрыла глаза и прислонилась к нему на секунду.

– Пойдемте! – Роберт решительно подхватил меня под руку. – Вам надо взбодриться, выпить приличного кофе, поесть… И чтобы музыка играла, и светло, чисто было… воздух свежий…

Я слегка очухалась в его машине, оказалось, мы давно уже куда-то едем.

– Куда это мы? – Я пошевелилась.

– Я же обещал тебе, что отвезу в приличный ресторан! – весело сказал Роберт. – Останешься довольна!

Как-то он это сказал… слишком уверенно, что ли. Вот откуда он знает мои вкусы? И вообще для чего я согласилась с ним куда-то ехать? То есть он вроде бы согласия и не спрашивал! Какой ресторан в двенадцать часов? В больнице, я помнила, речь шла только о кофе.

Роберт что-то говорил – быстро, много, горячо. Я осторожно огляделась.

В салоне машины было просторно, пахло приятно. Сам Роберт был одет прилично и дорого. Я же, собираясь утром в больницу, натянула все те же осточертевшие джинсы, потому что с утра было прохладно. И сверху серенькую неприметную курточку. И волосы стянула в жиденький хвост, и глаза едва накрасила. И вот на такую чувырлу запал такой приличный мужчина?

Весь мой негативный жизненный опыт говорил, что такого не бывает. Для меня приготовлены только такие придурки, как Виталик, хотя он такой один, другого не сыскать. Так чего же этому восточному человеку от меня надо?

Я повертела головой.