Монета Александра Македонского

 – Ты меня грабить будешь? Или насиловать?

– Нужна ты мне! – отмахнулся Толик. – Кто у тебя в квартире есть, говори быстро!

– А твое какое дело? – Было похоже, что хозяйка ничуть его не боится. – Чего тебе надо?

Толик признал справедливость ее вопроса и решил объясниться по-хорошему.

– Где Антонина? – спросил он. – Я вообще-то Антонину ищу, Гусакову…

– Што? – Зоя побагровела и даже, кажется, еще больше опухла, если только это возможно. – Иждеваешься, да? Ты ищешь эту жаразу? Нет ее здесь и никогда не было!

Но не так-то легко было избавиться от толстого, когда он этого не хотел. Он схватил хозяйку за обе руки и потащил в комнату. Она брыкалась и вдруг плюнула ему в лицо.

– Ты что? – Толик оторопел и выпустил свою жертву. – Скажи, где Антонина, и я уйду!

– Так вот ищи ее где-нибудь в другом меште, а не ждесь! – прошепелявила Зоя. – Это она, жараза, меня жглазила! Так посмотрела и пошла! Небось пожелала мне заболеть!

– А что у тебя за болезнь? – опасливо спросил Толик, отступая к двери. – Заразная?

– Очень, – довольно сообщила Зоя. – Свинка. Для мужчин очень опасна, можно без этого остаться…

Она глазами показала, без чего, и Толик в ужасе схватился за это место, другой рукой нашаривая замок на двери. Дверь открылась, и он тут же попал в руки двух полицейских, которых вызвала глазастая соседка по лестничной клетке. Как справедливо заметил Валентин Орлик, посылая своего толстого приятеля к Зое Желудевой, «она на твою рожу посмотрит и сразу же все скажет».

Так-то оно так, однако соседка, поглядев на Толика, тоже сразу поняла, что к Зое он пришел не в гости чай пить. С такой рожей только в сопровождении полиции можно по городу ходить, подумала соседка и оказалась права.

– Хулиганство? Ссора? – спросил один из блюстителей порядка.

– Налет! – крикнула соседка из-за своей двери.

– Мужики! – заорал Толик. – Да я дверью ошибся!

– Точно! – проговорила Зоя хрипло. – Инцидент ишчерпан… Иди уж и через двадцать один день жди подарочка!

Толик застонал, обхватив голову руками.

Не успела я войти в квартиру, как зазвонил мобильник. Номер на дисплее был незнакомый, я поднесла телефон к уху и услышала озабоченный голос:

– Это вам из больницы звонят. Вашему родственнику плохо, совсем плохо… приезжайте, если хотите застать его в живых!

Я узнала голос медсестры, которой дала свой номер, и поняла, что Никодим Никодимович умирает.

– Но как же… – проговорила я растерянно. – Ведь мне сказали, что ему лучше… Операция прошла успешно…

– Было лучше, стало хуже… голова – такой орган, с которым ни в чем нельзя быть уверенным. Тем более в таком возрасте…

Медсестра еще что-то говорила, но я ее уже не слушала.