Монастырь (СИ)

К тому же, некоторые моменты последней кражи очень настораживали юношу, и разговора с настоятелем Себастьяном было не избежать.

Но, даже приняв решение, Микаэль продолжал сомневаться. Конечно, искать вора – это не его забота. Но на самом деле не хотелось никому об этом говорить. В лекарне ему помогали четыре брата-монаха да мальчишки послушники – и именно на кого-то из них и пало бы подозрение. А Микаэль сор за стены выносить не любил. К тому же – одно дело самому выпороть розгами провинившегося, если душеспасительные беседы и молитвы не помогли, а другое, когда наказывать будет брат Кристиан. Тогда несчастного еще и выхаживать придется несколько недель. И это – в лучшем случае... Рука у брата Кристиана была тяжелая, как и нрав, и понятия о послушании и подчинении уставу монастыря.

А еще Микаэлю думалось, что только как бы на этот раз не пришлось ему самому отвечать и сносить наказание. За непослушание и утаение. И не посмотрят ведь, что главный лекарь-травник. С такими невеселыми мыслями он и замер перед дверьми, натягивая капюшон от рясы пониже и придавая взгляду надлежащее при встрече с отцом-настоятелем смирение. Затем негромко постучал и, услышав ответ, осторожно отворил тяжелую дубовую дверь.

Аббат Себастьян разбирал корреспонденцию, которую привез монах, занимавшийся постоянно поручениями обители. Корреспонденции было очень много, но среди нее – немало от купцов и прошений разного толка. Пробегая глазами очередное письмо и обдумывая то, что должно наметить на следующий год, Себастьян услышал стук в дверь.

– Луис, мальчик мой, открой, – приказал аббат юноше, что сидел рядом и переписывал труды великого Аугустино.

А когда на пороге появился брат Микаэль, благожелательно улыбнулся.

– Рад видеть вас в столь ранний час в трудах и рвении, – сказал аббат, подзывая робко толкущегося у двери Микаэля. – Что-то понадобилось для опытов, друг мой? Луис, распорядись подать нам чаю и принеси. Садись, садись, – мужчина вскрыл новый конверт. А юноша, бывший до этого при аббате, встал и направился к дверям.

– И вам утра доброго.

Микаэль ответил на улыбку, усаживаясь в предложенное кресло и провожая взглядом убежавшего по поручениям юношу. Луис появился в монастыре как раз в день отъезда Микаэля, и у монаха еще не было возможности разобраться, что за диво дивное привел с собой настоятель. Одного брошенного взгляда хватило, чтоб понять – мальчик явно не простолюдин – тонкие черты лица говорили о породе, да и грамоте обучен весьма хорошо, раз отец Себастьян книгу доверил ему переписывать.

Легкий весенний ветерок ворвался в комнату сквозь распахнутое окно и зашелестел бумагой и письмами, разложенными на столе перед настоятелем, отвлекая Микаэля от размышлений и возвращая к проблемам более насущным.