Монашка и дракон

Я не всегда понимала, что автор хотел сказать той или иной фразой, но приключения бесстрашных путешественников — опивох и мошенников, были интереснее, чем монастырские хроники. А ведь всего пару дней назад я читала те хроники с жадным интересом.

«Недавно видел я одну аббатису с белыми перышками, — возразил Панург, — покататься на ней куда приятнее, чем просто подержать за руку. Другие показались мне стреляными птицами, ну а та, сейчас видно, что птица важная. Я хочу сказать — премиленькая, прехорошенькая, с такой нельзя разочка два не согрешить».[1]

Прочитав эту фразу, я замолчала. Что это?

Тайный смысл слов балагура Панурга дошел до меня с опозданием, и я залилась краской, когда я поняла, о чем он рассуждал со своим господином. Я поспешно проследила пальцем строки, чтобы пропустить неприличности, если они встретятся, но тихий смешок заставил меня испуганно поднять голову.

Младший дракон спал поперек кровати, уронив карты, а старший удобно устроился на подушках — полусидя, скрестив на груди руки — и слушал меня. Несомненно, он слышал, что я произнесла, и заметил мое смятение.

— Ты зачитала моего брата вусмерть, — сказал милорд Гидеон, не двигаясь. — Твои сказки лучше колыбельных. Но зачем остановилась? Читай дальше.

— Милорд… эта книга… — я не знала, что сказать, и перевернула страницу.

— Ну? Продолжай? — дракон смотрел на меня из тени алькова, и глаза у него горели. — Эта книга недостаточно хороша для тебя?

— Она… недостаточно прилична, — сказала я и захлопнула фолиант.

Дилан тут же всхрапнул и пошевелился, а старший дракон предостерегающе приложил палец к губам, делая знак не шуметь.

— Положи книгу на полку и присядь поближе, — позвал он.

— Для чего? — тут же спросила я.

— Будем разговаривать тихо, — объяснил он невинно, — чтобы не потревожить брата.

— Нам не надо разговаривать, — возразила я. — Я загашу свечу и уйду в свою комнату. Уже глухая ночь, вы и так засиделись, милорд.

— Я не хочу спать, — сказал он. — А ты хочешь?

По правде говоря, сна у меня не было ни в одном глазу. Я поставила книгу про похождения великанов на прежнее место и не удержалась — погладила переплет. Интересно, что же ожидало их дальше в морском путешествии? Но благоразумие возымело верх, и я сказала:

— Лучше мне уйти, милорд. Сегодня вы столько раз пугали меня, что я едва держусь на ногах от страха. Разрешите удалиться и отдохнуть.

— Не разрешаю, — ответил он. — Я всего-то и прошу — присесть поближе, немного поговорить… Но если желаешь, мы можем перейти в твою комнату, чтобы не разбудить Дилана… — он сделал движение, будто собирается подняться

— Нет, я согласна поговорить… немного, — уже не пререкаясь, я подошла к постели и села на краешек, посчитав, что передвинув кресло, наделаю шуму.