Момо

Но было еще что-то, чего Момо толком не могла понять. И появилось это совсем недавно. Все чаще теперь случалось, что дети приносили с собой различные игрушки, с которыми нельзя было по-настоящему играть. Например, управляемый на расстоянии танк: нажмешь кнопку – он и катится. Больше от него толку не было. Или космическая ракета, которая летала вокруг длинной палки на шнуре – больше с ней нечего было делать. Или маленький робот с горящими глазами – этот ковылял по земле, поворачивая голову, – он тоже ни для чего другого не годился.

Все это были, конечно, очень дорогие игрушки, ни друзья Момо, ни она сама никогда таких не имели, но они были такие совершенные, что совершенней ничего себе и представить нельзя. Дети сидели иногда часами, плененные и вместе с тем скучающие, и смотрели, как такая штука ковыляет, тарахтит или летает вокруг палки на шнуре, – но сами ничего интересного придумать не могли. В конце концов они возвращались к старым играм, в которых им вполне хватало двух коробочек, разорванной скатерти или горсточки камешков. При этом можно было себе представить все, что хочешь.

Что-то и сегодня вечером у ребят ничего не клеилось. Дети бросили игру и уселись вокруг Джиги, Беппо и Момо. Они надеялись, что Джиги им что-нибудь расскажет. Но и этого не получилось: маленький мальчик, который пришел сегодня первый раз, мешал всем своим транзистором. Он сел в сторонке от других и включил аппарат на полную мощность. Шла рекламная передача."

"– Может, ты прикрутишь свой идиотский ящик? – угрожающе спросил беспризорный мальчик по имени Франко.

– Я тебя не слышу, – отвечал новенький, – мой приемник играет очень громко.

– Сейчас же прикрути его! – крикнул Франко и встал. Новенький побледнел, но не сдавался:

– Чего это ты мне приказываешь? Я буду слушать свое радио, и нечего мне приказывать!

– Он прав. – сказал старый Беппо, – мы не можем ему этого запретить. Самое большее, что мы можем, – это попросить.

Франко опять сел.

– Пусть куда-нибудь уйдет, – сказал он огорченно, – он уже полдня нам все портит.

– Причина, наверное, есть, – сказал Беппо и посмотрел на новенького сквозь свои маленькие очки – приветливо и внимательно. – Определенно, у него есть причина.

Новенький молчал. Через некоторое время он прикрутил свой приемник и стал смотреть в другую сторону.

Момо подошла к нему и села рядом. Он выключил аппарат.

Какое-то время было тихо.

– Расскажешь что-нибудь, Джиги? – спросил кто-то.

– О да, пожалуйста! – закричали все. – Веселую историю!.. Нет, лучше захватывающую!.. Нет, нет – сказку!.. Приключение!

Но Джиги не хотел рассказывать. Никогда этого раньше с ним не было.

– Лучше вы мне что-нибудь расскажите, – признался он наконец. – О вас самих, как вы дома живете.