Момент перелома

Император бросил в мою сторону пристальный взгляд.

– Да, господин Иванов, мы это понимаем, – медленно произнес он, – но мы так же помним, что вы обещали избавить нашего сына от страданий, не лишая его при этом жизни. Неужели Господь не мог принять этого во внимание и сохранить жизнь нашему сыну?

– Там, – ткнул я пальцем в небо, – зачастую просто не успевают воспринять наши частные желания и побуждения, важные для нас, но не играющие никакой роли в глобальном масштабе. Что для них значит обещание одного смертного другому смертному, когда они нас в таком разрезе меньше чем десятками тысяч не считают… Это как мы, стоя у муравейника или пчелиного улья, видим не отдельных пчел или муравьев, но единый социальный организм, будучи не в состоянии отличить одно насекомое от другого. Для того, чтобы мы смогли выделить в толпе других этого конкретного муравья или эту конкретную пчелу, мы должны их пометить. Такие же пометки иногда стоят и на некоторых людях, что означает, что за их судьбой на Небесах внимательно следят. Такая отметка, несомненно, стояла и на вашем сыне. Учитывая его роль – точнее, роль его болезни – в разрушении русской монархии, она просто не могла на нем не стоять. Именно на болезнь вашего сына был завязан Распутин, уронивший в грязь авторитет монархии, именно она стала причиной многих ваших судьбоносных и в корне неверных политических решений. И вот Высшие Силы, в корне поменяв свои планы в отношении русской монархии и не приняв во внимание смягчающих обстоятельств, снимают фигуру юноши Алексея с игральной доски. Тем более что вы сами помогли принять им такое решение, когда оставили эти книги просто так, открыто, лежать на столе.

– В этом смысле, конечно, вы правы, – перекрестился император, – но я даже и не предполагал, что моя Аликс вот так неожиданно поднимется с постели ни свет ни заря и отправится разыскивать меня в моем собственном кабинете. И тем более я не думал, что она решится читать лежащие на моем столе книги… Это же неприлично."

"– Господи, государь, – вздохнул я, – вы же совершенно бесхитростный человек, у вас же прямо на лбу крупными буквами написано «Я ЗНАЮ УЖАСНУЮ ТАЙНУ, НО НИКОМУ НИЧЕГО НЕ СКАЖУ». Наверняка супруга весь вчерашний день пыталась у вас хоть что-то разузнать, но вы или отмалчивались, или отделывались ничего не значащими словами о том, что «все в порядке». Ведь так?

– Да, так, – ответил император, – и все потому, что вы запретили мне рассказывать хоть кому-либо об этих проклятых книгах.

– Если бы ваш разговор с женой состоялся до разговора со мной, когда вы узнали все то, что я вам сообщил, итог того разговора был точно такой же как сейчас, только вас еще мучила бы мысль о том, что вы сами поднесли своей супруге чашу, полную ядовитого сока цикуты.