Молот империи 1

Придётся менять маршрут.

* * *Проще, когда наши передвижения не знает никто. От моста через реку Чардари, где военный врач оказал помощь Марку, мы двинулись в Фледскард, столицу Инфиналии. Благо, было недалеко.

Внезапное появление ригги напугало всех в городе, но мы смогли договориться с гарнизоном по рации. Там же связались с военными, которые воевали на юге страны, в пустыне. Нападение Клайдеров так глубоко в тылу удивило всех.

Кажется, скоро некоторые генералы полетят со своих мест.

Шагоход мы оставили в городе, чтобы военные забрали его сами. А нам дали водителя и транспорт: легковую мотоповозку для перевозки пассажиров, где можно было поместить раненого Марка.

Усатого военного я мучал достаточно, чтобы он ехал объездными дорогами. Но мы вернулись в Урбус ровно через неделю, как и было запланировано изначально.

Правда, торжественной передачи шагохода армии так и не случилось. И канцлер Александр Ульдов пролетел со своим планом примирения.

Сегодня он даже не приехал в академию. Вчера его тоже не было, и вряд ли появится завтра. Мы втроём, включая меня, Яна и Келвина пришли в кабинет директора Кобаяши.

У него кабинет намного скромнее, чем у Ульдова. Маленький закуток, куда едва влез фанерный стол и стальной шкаф, покрытый облупившейся зелёной краской. Мы повешали куртки на вешалку у входа и расселись по скрипящим деревянным стульям.

— Мне эта история сразу не понравилась, — сказал Кобаяши, смотря на нас. — От неё так и пахло чем-то нехорошим. Когда в дело замешаны Клайдеры, всегда происходят какие-то странные вещи.

— Они ждали нас, — я сел поудобнее.

— Понимаю. С этого дня и до конца года — никаких занятий и поручений вне академии.

Кобаяши достал мятую пачку сигарет, подошёл к окну и закурил. Сизый дым наружу не уходил, его потянуло к потолку.

— Мы и так потеряли одного наследника Великого Дома и чуть не потеряли другого. Я наложил запрет на подобные мероприятия. Не забывайте, что у нас в первую очередь военная академия, так что в таких вопросах решаю я.

Он вернулся за стол и посмотрел на Яна.

— Как рука, Янек? — голос спокойный.

— Пальцы плохо гнутся, — тихо ответил Ян.

Он сильно порезал руку во время той короткой ножевой схватки. Наложили швы ещё там, в Инфиналии. Хуже пришлось только Марку, я же вообще остался целым и невредимым, если не считать пары ушибов.

— Сегодня от занятий освобождены, — сказал Кобаяши напоследок и бросил окурок в толстую стеклянную пепельницу. Он продолжил дымиться. — Свободны, можете отдыхать. И не забудьте навестить товарища.

Мы вышли в коридор. Пора заняться делом, но сначала один короткий разговор, который у нас уже был.

— Никому не рассказывать, — напомнил я. — Вы этого не видели.