Молодая и покорная (ЛП)

Пожалуйста, Лиам…

Мягко постанывая, она извивалась под ним, пытаясь заставить его начать двигаться в ней.

— Терпение. Мне нравится твое тело. Нравится прикасаться к тебе. Приказывать. Позволять тебе кончать по моему разрешению. Ты опьяняешь меня. Люблю наблюдать за тем, как ты раскрываешься.

Она смущенно покраснела в ответ на его слова, но ему так нравилось, что он еще может заставить ее покрыться румянцем.

— Это будет не просто трах, Рейн.

Если он покажет ей, как сильно он ее любит, возможно, потребность в остальных словах отпадет сама собой.

Припав голодным поцелуем к ее горлу, он грубо всосал в себя горячую кожу. Ощущая себя внутри нее, он сгорал заживо. Ее ножки обхватывали его бедра настолько крепко, насколько позволяли удерживающие ее цепи.

— О-о, Рейн. Ты убиваешь меня.

— Лиам, — всхлипнула она.

— Еще.

— Зачем?

— Это удивительно.

Так оно и есть, ощущения буквально простреливали его вены.

— И?

— Я чувствую себя желанной.

Ее тело дернулось, глаза заслезились."

"— Я нуждаюсь в этом. От тебя.

Крепко обняв ее, он начал толкаться мучительно медленно, один бесконечный удар за другим. Казалось, это длилось целую вечность. Каждый следующий выпад растворялся в предыдущем, в его ушах отдавались ее крики.

Она просила и умоляла. Ее плоть сжимала его все теснее с каждым глубоким проникновением. И каждый раз, когда он отступал, ее скользкие складочки, набухали еще больше, в попытке затянуть его обратно.

Стиснув зубы до скрежета, он продолжил долбить ее тугую бархатную киску. Ее тихие женственные стоны провоцировали его быть с ней грубее, сильнее, взять ее еще глубже.

Боже, он любил эту женщину. Он постоянно задавался вопросами: как и что принесет завтрашний день? Но ответы на эти вопросы возвращали его к Рейн, именно она была отправной точкой во всем этом: Что еще он мог предпринять, чтобы заставить ее понять, что ее счастье находится в ее собственных руках? Все, что он мог сделать, это осыпать ее своей любовью и стать катализатором.

Сжав Рейн сильнее, он захватил ее губы властным поцелуем, скользя языком внутрь, чтобы уловить ее запах страсти и прочувствовать ее мягкость. Взять все, проникнуть до самых глубин. Все в ней возбуждало его. Она стала важна ему также, как еда или воздух.

Он снова ущипнул ее за соски. Да, ее сладкие, тихие всхлипы, последовавшие в ответ на его действием были как раз тем, что ему требовалось… Он нуждался в ее мольбах. Поэтому Лиам решил замедлить свои толчки внутри нее до тех пор, пока они не превратились в ленивое скольжение по каждому из ее нервных окончаний.

— Скажи мне, как ты себя чувствуешь, Рейн.

Она не переставала извиваться под ним.

— Все горит, ноет. Я умираю.

Застонав, он по очереди прикусил вершинки ее сосков, так маняще подпрыгивающие перед его лицом.